Посему любой разумный человек относился бы к их утверждениям настороженно. По формуле: Доверяй, но проверяй.
С этими словами Фрунзе встал. Поднял все совещание. И отправился на стрелковый полигон. А так как он готовился заранее, то во дворе начальствующий состав ждали машины и никаких проволочек не произошло.
Добрались.
Вышли на стрелковый рубеж.
И Фрунзе сформировал несколько произвольных групп. Которые вели залповую стрельбу на 250, 500, 750, 1000, 1500 и 2000 метров. По очереди.
Так, чтобы каждая группа сумела пострелять на каждую дистанцию. По две обоймы. Стоя.
Мишени меняли после каждого теста. Помечая дистанцию и номер группы. А вместо них ставили новые.
Потом Михаил Васильевич заставил начальствующий состав стрелять на ходу, имитируя огонь на подавления в более приближенных к наступлению условиям. Потом беглый огонь. Потом индивидуальный прицельный огонь. И так далее. В общем – мучал около пяти часов.
Накормил горячей кашей, что сварили тут же.
На месте. В походной кухне. Напоил чаем. И подвел итог.
– Ну что, Алексей Алексеевич, сколько у мухи лапок?
– Ваша правда, промашка вышла, – согласился Алексей Алексеевич, который чудовищно устал от всех этих «танцев с бубнами». Все таки был возраста немалого – у него на счету имелось уже 71 полных лет. А тут столько топтания и стрельбы. Сотни и сотни патронов сжег каждый из участников эксперимента.
Спорить не хотел никто. Особенно опасаясь того, что нарком решит еще что-то там проверить и вновь заставить их стрелять.
Им становилось дурно от одного вида винтовки, мишеней и патронов… от одной мысли, что им еще придется стрелять. Да и плечо намяли почти все. Не разбили, ибо вкладывать каждый из них умел. Но выстрел из полноценной болтовой винтовки – не игрушка. И после пяти-семи сотен выстрелов любому непривыкшему к такому человеку «хорошело».
Михаил же Васильевич, пользуясь этим моментом и документ им подготовил.
Все это испытание было задумано заранее. Как и бланк, в который лишь вписывали значения. А в конце – перечень комиссии – с фамилиями и должностями. И вот эти начальники РККА с кислым усталым видом в этом перечне и расписались. Поставив также «закорючку» на каждом листе, дабы потом не возникали вопрос по подлогу.
Дело было сделано.
Идеологическая дорога для внедрения промежуточного патрона в той или иной форме оказалась открыта.
