Доехали довольно быстро. И пары часов не прошло.
Распрощавшись с членами комиссии и делегацией из Коврова Михаил Васильевич отправился «по гостям». Прежде всего он заглянул к Эйзенштейну…
– Нет! Нет! Нет! И не просите! – махал он руками. – Я художник! Творец! Какие учебные фильмы? Я их и снимать не умею!
– Да что там уметь? Текстовая вставка. Потом маленький эпизод с действием. Новая вставка. И новое действие.
– Это не мой уровень!
– А чей?
– Ну… я не знаю… – развел он руками.
– Вы – лучший режиссер Союза.
И вы не знаете своих коллег. К кому мне обратиться?"
"– Михаил Васильевич, могу сказать только одно – вы точно обратились не по адресу. Учебное кино – не моя специализация. Я в этом деле ничего не смыслю. Более того – смыслить не желаю. Не мое это.
– А в мультипликации?
– Аналогично!
– Даже если РККА пообещает вам выделить красноармейцев для массовки? Например, для больших батальных битв.
Эйзенштейн вздрогнул и словно бы сделал стойку.
– Что вы говорите? И сколько РККА сможет выделить красноармейцев?
– Достаточно для того, чтобы вы смогли сделать кадры панорамы какой-нибудь Бородинской битвы или, например, последнего сражения Спартака.
Вам это интересно?
– Очень интересно! Очень!
– Тогда мы поговорим об этом, когда вы сможете удовлетворить мой интерес. Не за что не поверю, что у такого выдающегося режиссера нет никаких знакомств среди толковых мультипликаторов или создателей учебного кино, да и даже документального…
От этих слов Эйзенштейн скривился, как он лимона, но возражать не стал.
На чем Фрунзе с ним и распрощался, отправившись ловить Дзержинского. Он ведь как бешенный паровоз постоянно перемещался. То сюда, то туда… особенно сейчас, готовя компромат на очень многих сотрудников в ОГПУ и НКВД.
– Зачем? – несколько раздраженно спросил он.
– Я покажу. Дело очень щекотливое и опасное.
– Что случилось? – наклонившись вперед, спросил он.
– И у стен есть уши. Давай я все покажу, а ты уже сам решить…
Феликс Эдмундович несколько поломался, так как у него были дела.
Но все же уступил. И отправился на квартиру к Фрунзе.
– Видишь этот несгораемый шкаф?
– Конечно.
– Не узнаешь его?
– Шкаф как шкаф… – пожал тот плечами.
– Хорошо… – Михаил Васильевич достал «скороход» и открыл замок. Прямо на глазах Дзержинского. – Что смотришь? Эти английские замки – полная дрянь. Во времена царизма как-то мне вот эту штуку показали и все объяснили.
– Ключа нет?
– Ключ Яков Свердлов унес с собой в могилу.
