— Верно ли я понял, что вы обвиняете госпожу де ла Шуэтт в том, что она подменила завещание?
— Да, — проговорила дурная баба, даже не подумав, что будет говорить дальше.
— И что на что она подменила по-вашему, скажите?
— Настоящее завещание! На это вот!
Господин Фабиан прятал усмешку. Господин Палан изо всех сил старался не рассмеяться. Господин Питу, поверенный Эдмонды, сидел мрачнее тучи — кажется, до него дошло наконец-то, что дело плохо и что он влез куда-то не туда. Судья же поджал губы и словно закаменел.
И смотрел не на дуру-Эдмонду, которая втянула его в эту историю и которой он поверил, точнее, её обещаниям, а на меня. И такой взгляд не обещал мне ничего хорошего… но кто предупреждён, тот вооружён, так ведь?
— Вы полагаете, что существовало какое-то другое завещание, которое было составлено в вашу пользу? — продолжал расспрашивать принц.
— А как же!
— Вы видели его своими глазами? Или кто-то ещё видел его? Кто может засвидетельствовать ваши слова?
Эдмонда взглянула на судью, но тот избегал её взгляда, потом на Симона, но тот прямо пожал плечами — мол, ничего не знаю.
— Было же, — жалобно сказала она.
— Ваше высочество, дозволите? — спросил поверенный Палан.
— Да, господин… — принц взглянул на него с откровенно вопросительным выражением лица.
— Это господин Палан-младший, они с отцом поверенные господина Гаспара, а теперь и мои, — быстро сказала я.
— Мой отец, знал о том, что существовали более ранние завещания, но все они отменились фактом наличия самого последнего. Однако, ни в одном из них господин Гаспар не предполагал оставить основной капитал баронессе Клион либо её сыну.
"
"— И отчего же так? — поинтересовался принц.
— Оттого, что и господин барон, и его почтенная матушка показали себя как весьма дурные управляющие. Господину Гаспару хотелось, чтобы капитал попал в надёжные руки, и чтобы дело его жизни не продали по дешёвке первому встречному, а продолжали дальше с прибылью. Поэтому господин Гаспар даже и не собирался оставлять наследство господину барону Клион-сюр-Экс или его матушке, госпоже баронессе.
— Но он и ей тоже ничего не собирался оставлять, — злобно прошипела Эдмонда.
— Только лишь потому, что был слеп и не видел, что у него под носом — толковый управляющий, — пожал плечами Палан. — Теперь же я вижу, как госпожа де ла Шуэтт взялась за дело, и понимаю — она и вправду станет наилучшей наследницей господину Гаспару.
— Ерунда это всё, не могла она взяться за дело! — продолжала упорствовать баронесса.
