Я был знаком с господином де ла Шуэттом, он не раз говорил мне, что никогда не оставит без помощи своего племянника, потому что он — единственный мужчина его крови. И поэтому-то я принял иск господина барона и его матушки. Вот они, перед вами — они здоровы, на них никто не нападал, а вся история с нападением на господина де ла Шуэтта выглядит подозрительно! Как выжила эта особа? Почему она утверждает, что ничего не помнит? Как она, беспамятная, будет управлять имуществом? И вообще, что она знала о делах супруга?
— Отчего же вы, господин де ла Порт, не задали эти вопросы самой госпоже де ла Шуэтт? — поинтересовался принц.
— Вы могли выяснить всё это ещё до того, как приняли иск от баронессы Клион-сюр-Экс.
— А я бы спросил — отчего господину де ла Порту пришло в голову сомневаться в подписи его высочества? — хмыкнул от дверей полковник Трюшон.
— Господин де ла Порт, вы видели завещание, о котором идёт речь?
— Э… да, ваше высочество, — тихо пробормотал судья.
— Вы видели подписи?
— Видел, — ответил тот ещё тише.
— И отчего же вы сочли возможным подделку документа? Кому в голову пришла эта выдающаяся идея — вам, господину барону, его матери или господину Питу?
— Но мы же не знали, что это правда! И подпись мы не знали. И других свидетелей мы не знали, никого. Что мы должны были подумать? — влез господин барон.
Сегодня Симон был одет чистенько, но бедненько. Видимо, Эдмонда проследила за одеванием сыночки.
— Вы должны были подумать, что подпись его высочества не появляется на документах просто так? — спросил с усмешкой полковник Трюшон.
— Был ли господин де ла Шуэтт когда-либо замечен в подлоге либо мошенничестве? — поинтересовался принц у Люсьена.
— Нет, безупречная деловая репутация, — мгновенно откликнулся тот. — Да и ваше высочество не договорились бы с ним, если бы не так.
— Верно, не договорился бы. Я собрал сведения, прежде чем предлагать ему участие в подготовке экспедиции, — кивнул принц.
— Так это не Гаспар, это она, — взорвалась Эдмонда. — Это она подменила документ! Это она вводит в заблуждение ваше высочество и весь город!
Мне стало очень смешно, а господин Фабиан пробормотал тихонечко в наступившей тишине:
— Кажется, кто-то давно жабами не плевался.
— Госпожа баронесса, — начал принц, и так он это сказал, что наша Эдмонда мигом замолчала и уставилась на него во все глаза.
