– Посыпать осколки?
Из коридора тем временем доносились разные звуки: лай, мяуканье, звон, грохот, топот. Пару раз в комнату вбегала орда собак, совершала круг почета вокруг стола и исчезала. Потом к ним присоединились коты. Я схватила салфетку и начала ею обмахиваться.
– Вот здорово, когда в доме столько животных, – завопила Киса, врываясь в столовую, – вот весело!
Следом за девочкой ввалились все. Впереди неслась Люка, за ней гналась Фира, за ней семенили Моня и Боня, их догоняла Муся, а ей в спину дышали Тоня и Проня.
Замыкали шествие Макс, Пульхерия Ивановна и Альберт Кузьмич, который успешно влился в коллектив, потеряв всю свою важность.
– Как хорошо, как весело, – продолжала восхищаться Киса. – Лампуша, давай заведем еще пару котиков и двух-трех собачек!
– Никогда! – хором воскликнули Макс и Роза Леопольдовна.
А я решила воззвать к логике ребенка:
– Солнышко, мы живем в городе. Очень трудно гулять со стаей мопсов. У Наташи дом в поселке, большой двор, нет проблем. Открыла дверь, и пожалуйте, господа собаки, выходите на свежий воздух.
– Сама буду их на улицу выводить, – ныла Киса, – честное слово.
Макс посмотрел на часы.
– Нам пора на работу. Вернемся часам к девяти. Роза Леопольдовна…
– Все поняла, – кивнула Краузе, – покормлю животных, выпущу их гулять.
– Вы ангел! – обрадовалась я, схватила свою сумку и поспешила к машине.
Вульф пошел за мной, в прихожей, надевая ботинки, муж спросил:
– Тебе не кажется странным, что Джейн съела рыбу, а Владимир суши?
Я надела куртку.
– Расчет преступника мне понятен.
Чем легко отравиться? Что у нас считается хитом в плане пищевого отравления?
Макс направился к двери.
– Если паленый алкоголь в расчет не принимать, то грибы. Они определенно на первом месте. Рыба. Мясные изделия. В принципе токсичной может стать любая еда.
– Ну, если кто-то попадет в больницу, выпив чаю со свежей сдобной булочкой, это вызовет удивление, – сказала я, идя за Максом, – а вот плохое самочувствие после употребления сырого лосося в составе суши никого не удивит.
Давай заглянем в ресторан, откуда Владимира врачи увезли.
– Хотел тебе то же самое предложить, – улыбнулся Вульф, – надеюсь, собаки-кошки не доведут Краузе до нервного приступа. У тебя опять сумка открыта. Просто приманка для воришки.
– Не люблю этот ридикюль, – призналась я, – у него молния тугая.
– Зачем тогда его взяла? – спросил муж.
– Стеганая сумка подходит к пуховику, – объяснила я, – и красный цвет мне нравится. На улице сейчас постоянно темно.
