Все у них как по маслу катило. Широкая дорога открывалась: доцентские звания, докторские диссертации, профессорство. Юрий мог стать завкафедрой, деканом… И вдруг!
Энтин развел руками.
– До сих пор у меня вопросов к их жизни не возникало. Некоторых людей бедное детство ломает, они потом до конца дней оправдывают свои неудачи тем, что их мать-одиночка в три месяца в ясли отдала. Они так из-за этого переживают, что в сорок лет у той же матери на шее сидят. А другие, наоборот, вспоминая, как плохо жили родители, считали копейки, активно строят карьеру, добиваются успеха.
Юра и Карина явно из второй категории. Я был в этом просто уверен. И вдруг!"
"Когда дочери исполнилось полгода, Юрий увольняется и уходит работать в так называемый ядерный могильник, кстати, давным-давно дезактивированный. Кем он туда устраивается? Сторожем! Хранилище находится в Московской области, далеко от его дома. Работа непрестижная, карьеры там не сделаешь, денег не заработаешь. Вопрос – для чего на неработающем предприятии сторож, прошу не задавать.
Ответ на него мне неизвестен. По какой причине Юрий бросил то, что упорно строил? Ушел из института? Кстати, Карина осталась на прежнем месте.
– Странно, – согласился Костин.
– Очень, – подхватил Михаил.
– А потом он умер от пневмонии. Но лучевая болезнь часто поражает легкие, – договорил Энтин. – И вот еще одна загадка. Карина умерла почти сразу за супругом. От той же напасти.
– Ну, кое-кто может заразиться воспалением легких от члена семьи, – уточнил Вуколов, – это редко, но случается.
Дверь приоткрылась, показалась администратор Надя. Сегодня на ней было ярко-зеленое платье-футляр выше колена и все те же варварски роскошные ботфорты.
– К вам гость, – пропела она, – господин Маркс!
Надежда повернулась и исчезла, вместо нее в комнате появился мужчина – стройный, загорелый, шикарно одетый, пахнущий дорогим одеколоном.
– Здравствуйте, господа, – хорошо поставленным голосом произнес он, – я заинтригован приглашением в детективное агентство. Никогда не сталкивался с людьми вашей профессии.
Впрочем, с полицией я тоже не общался, бог спас от столкновения с преступниками. Чем могу быть полезен?
Я решила взять на себя роль радушной хозяйки.
– Присаживайтесь. Чай? Кофе?
– Кофе моя слабость, – признался Владимир.
Я направилась к кофемашине, вызывать Надю, которая сегодня выглядела слишком великолепно, мне не хотелось. У нас в комнате для совещаний стоит агрегат, которым пользуемся мы сами. Мне нетрудно нажать на кнопку.
