Я не позволила себе заигрывать с мужчиной, у которого есть невеста, да еще и беременная, а теперь…
Что теперь мне мешает бороться за свое счастье?
Перед глазами снова появляется отчаянный образ Эли. Вспоминаю, как она умоляла меня не забирать у нее Дениса, как говорила, что безумно любит его и что не переживет, если он ее бросит.
Упрямо отгоняю от себя чувство жалости. Ведь ей же не было меня жалко, когда она раз за разом устраивала мне ловушки. Эля не задумывалась, что будет со мной, когда она разлучит меня с сыном.
Тогда почему я должна проявить милосердие и сохранить ее секрет? Почему я должна сберечь ее счастье? Почему я должна помогать человеку, который сегодня пытался повесить на меня смерть не родившегося ребенка?
От возмущения у меня аж в висках начинает пульсировать.
Допустим, Эля добьется своей цели и свадьба состоится, а что дальше? Где гарантия, что она не попытается подставить меня снова?
Да нигде!
Как бы она сегодня ни клялась, что больше никогда не тронет меня, не верю ни единому ее слову.
Я не переживу если эта гадина вытравит меня из дома и отрежет связь с сыном. А она обязательно однажды попытается это сделать…
«Хватит быть милосердной монашкой! — приказываю себе я. — Жалость — плохое чувство. И об этом, кажется, знают все, кроме меня».
Сажусь на кровати, быстро кусаю губу, кошусь на прикроватную тумбочку, на которой лежит мобильник.
«Сейчас написать ему, или лучше с утра?» — думаю я, решительно настроившись рассказать Денису про Элину фальшивую беременность.
Беру телефон, захожу в Ватсап, набираю текст и резко замираю.
Мне кажется, или в дверь только что постучались?..
Прислушиваюсь к тишине, сердце, словно чувствуя что-то неладное, бьется быстрее.
«Наверное, померещилось», — надеюсь я, не услышав больше никаких посторонних звуков.
Но на всякий случай решаю проверить, что за дверью никого нет и успокоиться."
"Крадусь по комнате, выхожу на цыпочках в коридор, подхожу к глазку, и в следующую секунду сердце от неожиданности делает кульбит и падает в пятки.
Несколько раз моргаю, наивно надеясь, что это всего лишь плод моего больного воображения, и тот, кто стоит за дверью, вот-вот исчезнет.
Но в квартире снова раздается тихий стук. Она тоже пристально смотрит в глазок и мы обе замираем в пятисекундной паузе.
Кажется, она уверена, что я дома и словно чувствует, что наблюдаю за ней.
В душе смешались тревога и страх.
