– Это кого ты назвала здоровой жирной змеёй?! – возмутилась Элла, приподнявшись над землёй и сердито поглядывая на Ноэми.
– Прошу прощения. Я, конечно же, имела в виду страшно жирную змею. – Ноэми преспокойно вылизывала лапу, явно не без умысла выпустив когти. Очевидно, она тоже терпеть не могла Эллу.
Мы ещё некоторое время продолжали препираться друг с другом, пока не заметили, что молодая пантера встала и скрылась в кустах.
– Эй, куда ты на сей раз? – окликнула её Шари.
– С другом попрощаться. Мы с ним здесь познакомились.
Сначала я его боялась – думала, он на меня нападёт, потому что я на его территории. Но потом поняла, что он славный парень.
У Эллы испортилось настроение:
– Что ещё за друг? Какой-нибудь жалкий уж или гадюка, которые тут ползают?
– Нет, – отозвалась Ноэми. – Он похож на тебя, Караг. Я сейчас вернусь – подождёте меня здесь? – И она грациозно ускользнула.
У Карага был такой вид, будто его молнией поразило:
– Стой, подожди, я с тобой!
У меня перехватило дыхание.
Я начал догадываться, что мы имеем дело с двумя разными пантерами – чёрной и светло-коричневой. Не это ли пытался выразить аллигатор в своём послании? Может, Ноэми сказала ему, что боится эту незнакомую хищную кошку. Что, если флоридская пантера и правда где-то поблизости? Это было бы невероятным везением! Если, конечно, Карагу удастся с ней поговорить – иначе нам снова придётся начинать с нуля.
В итоге мы отправились туда все вместе – все, кроме Карага, в человеческом обличье.
Большой мохнатый знакомый Ноэми в самом деле оказался флоридской пантерой. Я не заметил различий между ним и обычными пумами вроде Карага: крупная рыжеватая хищная кошка с большими лапами и круглыми, наверняка мягкими ушами.
Встреча его не обрадовала. Сначала, завидев нас, он хотел спрятаться, но Ноэми хрипло мяукнула, и он остался на месте, выжидая. Угрожающе оскалившись, он по очереди рассматривал нас. Размышлял, кого первым превратить в фарш? Я загородил собой Шари – нельзя, чтобы с ней что-то случилось!
– Держитесь как можно дальше, – предостерёг нас Караг и, уважительно припадая к земле, приблизился к флоридской пантере.
Он заговорил с ней на языке пум – смеси вибрирующего рычания, тихого мяуканья и урчания. Крупный самец благосклонно ему отвечал.
Караг тихо переводил нам:"
"– Я спросил, какие проблемы у него и других здешних пум и можем ли мы им помочь.
– Он знает… кто мы? – спросила Шари.
– Думаю, да.
