– Ха, чуть палец о звонок не сломал! Кто вы ваще такой?
– Мне ваш адрес дал Валентин, – соврал я, – помните его?
– Конечно, нет, – скривилась Яна, – я столько уколов делала! Вам срочно? Если надо сейчас к больному идти, то двойной тариф.
– Слава богу, в нашем доме все здоровы.
– Тогда чего приперся?
– Вы разрешите войти?
– Еще че захочешь? Какавы с пирожными? Вали отсюда, пока я милицию не позвала!
– Яна, подождите!"
"– Че?
– Вы знакомы с Олесей Беркутовой?
Толстуха чихнула.
– Ну!
– Нам надо поговорить!
– Топай отсюда!
– Вы ведь дружили с Олесей!
– И че?
– Неужели не хотите помочь?
– За фигом ей моя помощь, – удивилась Яна, – у Олеськи ща сплошной шоколад!
– Так вы ничего не знаете?
– Че?
– Где Олеся?
– Дома небось, – растерянно ответила Яна, – мы, правда, поссорились чуток и не разговариваем.
А че?
– Олеся умерла, – скорбно произнес я.
Яна сделала шаг назад.
– Не догоняю, – пробормотала она, – кто? Олеська?
– Да, – кивнул я.
– Померла?
– Да.
– Вау! Под машину попала! – взвизгнула Яна.
– У Олеси случился инсульт, – уточнил я.
– Брехня, – отрезала Яна, – у ней здоровье лошадиное. Ты ваще кто?
Я вынул удостоверение сотрудника частного детективного агентства и хотел представиться по всей форме, но Яна, глянув на ярко-красную обложку, живо сделала неправильный вывод:
– Ясно! Из ментовки!
Разубеждать девушку мне не хотелось, вспомнив, как ведет себя в подобных случаях мой лучший друг Максим Воронов, я насупился и сурово сказал:
– Разрешите войти, есть разговор.
– Куда ж деваться, – вздохнула Яна, – все равно вопретесь! Только на кухню двигайте, в комнате не убрано, болею я, простыла сильно.
Шмыгая для пущей убедительности носом, хозяйка привела «оперативника» на кухню.
– Под протокол говорить не стану, – вдруг заявила Яна, – хотите официально – зовите в отделение. И ваще, в ее делах я участия не принимала, ежели Олеську убили, то я ниче не знаю!
– К вам у нас нет никаких претензий, – доверительно сказал я, – и бумаг я не оформляю, заглянул поболтать по-человечески.
Яна села на табуретку.
– Лады. По-человечески, значит, по-людски. Водки хочешь?
– Спасибо, я за рулем.
Яна прищурилась.
– Сама не употребляю, для разговору предложила.
– Почему вы решили, будто Олесю убили? Я же сказал про инсульт.
Яна, не вставая с места, включила электрочайник.
– А не надо баб за дур считать, кабы Олеська от болячки загнулась, на фиг милиции беспокоиться? Нечисто дело!
– Вы давно с ней знакомы? – решил уточнить я.
