Во как! А потом внезапно мне позвонила и говорит: «Теперь можешь своей квартирой подтереться! У меня нынче полно денег! Лада мужа убила! С лестницы пихнула! А мне огромадные бабки обещаны!»
– За что?
– Олеська не рассказала. Я ведь ниче не знала, – лихорадочно зашептала Яна, – вообще ниче! Олеська на меня обиделась, ну, за ту сцену в кафе. Позвонила и говорит: «Валя велел мне с тобой никогда не встречаться». А я че? Плевки в морду терпеть стану? Ответила с достоинством: «Ладно, только шмотки забирай, съезжай с квартирки, и забудем про дружбу».
О как! Не надо срать на того, у кого живешь. Олеська испугалась, заплакала, заныла, ну, я ее и пожалела, сказала: «Лады. Но давай по-честному. Валька запрещает нам дружить, а я его харю в своей квартире видеть не желаю! Сама живи, но ботанику не фиг приходить». Правильно?
– Олеся согласилась?"
"– Куда ей деваться, – зло усмехнулась Яна, – променяла лучшую подругу на мужика! Ну не дура ли? Ваще без ума. В коммуналку ехать? Выпросила она остаться, но я ей заявила: «Смотри! Последний месяц жильем пользуешься.
Тридцать дней имеешь, потом уматывай вместе с мамусиной радостью! Ну а после она мне вдруг позвонила и заявила: «Не нуждаюсь я больше в твоей конуре! Мыльница, а не жилплощадь! В собственный дом перебираюсь, в коттеджный поселок!»
Я прям очумела!
– Не спросили, за какие услуги Олесе особняк подарили?
Яна поджала губы.
– Поинтересовалась. А она злобненько так ответила: «Не твое дело, кстати, вещи тебе свои старые оставлю, донашивай. Я теперь богатая, не нуждаюсь в дерьмовых тряпках, тебе подойдут».
Во! Сволочь! Ну я тоже не промах, отшила ее, отбила оплеухой: «Спасибо, можешь жуткие юбчонки себе оставить, мне говно не по вкусу да и не по размеру». Во как! Эта Лада мужа убила, Олеська так сказала! Значитца, дом моей подруге-дуре за молчание достался. Что-то она видела, слышала или унюхала! Ну а теперь и Олеську того, прикокнули! Слишком много знала!
Глава 19
Нора, не перебивая, выслушала мой рассказ и начала задавать вопросы:
– Значит, к Шульгиным Олесю устроила прежняя работодательница?
– Да, – кивнул я.
– Выяснил ее адрес?
– Нет.
– Почему, – возмутилась Элеонора, – не догадался спросить у Яны?
– Она не знает никаких подробностей, кроме одной детали: муж хозяйки заболел шизофренией, его поместили в клинику, и жена не могла содержать домработницу. У меня сложилось впечатление, что Олеся была не особо откровенна с Яной, сообщала ей минимум о себе.
– Странно, – бормотнула Нора, – настораживающе.
