Они носили штаны и оружие на поясе, кожаные жилеты, надетые поверх блузок с короткими рукавами, обнажающими сильные накачанные руки. Вели себя грубовато и были совсем не похожи на утонченных барышень Рижбурга или гарем дарийского шейха.
— Добро пожаловать в нашу мастерскую, одну из самых больших в этом регионе. — Голос у гномки был низкий, но приятный и хорошо поставленный, как и у любого профессионального экскурсовода.
Птички прониклись атмосферой этого места и даже переговаривались шепотом. Судя по долетающим до меня обрывкам фраз, все еще обсуждали подарок своему наимудрейшему.
По длинным мрачным коридорам гномка провела нас в первый зал музея.
— Эта мастерская очень старая. Ее вместе с куском скалы перевез в Рижбург мой прадед, — рассказывала она по дороге. — Здесь собраны все самые значимые образцы нашего ювелирного искусства, начиная с древности и до наших дней. Эти предметы помогут вам ознакомиться с нашим промыслом и его развитием с момента зарождения до работ таких мастеров, как Риана Златорукая и Пентурх Алмазный Глаз.
— А откуда тут все эти образцы? — робко раздалось у меня из-за спины.
— Это часть личной коллекции моего прадеда, — с гордостью пояснила гномка. — Ну и дары нашему музею. Сначала дед привез только мастерскую, но потом несколько помещений были отданы под музей, чтобы жители и гости Рижбурга могли прикоснуться к нашему искусству.
— Сейчас мы с вами войдем в первый зал, — сказала она перед массивной железной дверью. Здесь собраны первые гномьи ювелирные инструменты и древние украшения времен гномеолита.
Птички возбужденно зашушукались, и мы вошли в небольшое помещение. Яркий свет резанул по глазам и на секунду ослепил, а потом мы смогли рассмотреть окружающую обстановку. Каменные стены, грубо отесанные, как и коридор пещеры, а вдоль них установлены стеклянные витрины, в которых хранились гномьи сокровища.
Я тут бывала несколько раз и знала, что первый зал интересен только самим гномам. Каменные примитивные инструменты, грубо обработанные куски золота с дырками, непонятные приплюснутые мониста, лежащие россыпью под стеклом.
Все это вряд ли могло заинтересовать гарем. От птичек донесся печальный расстроенный вздох. Они явно ожидали другого.
— А где сокровища? — пискнула синенькая.
— А как из этого выбрать подарок наимудрейшему?"
"— Мы думали, тут драгоценности! А тут просто блестящие кусочки!
— Даже не очень-то и блестящие, — обиженно добавила мятная.
— Тихо, девушки! — Я взяла ситуацию в свои руки.
