— Что случилось? — испуганно спрашиваю у водителя.
— Да вот, — рукой указывает в сторону ресторана.
В машине открывается дверца, поток холодного воздуха забирается в салон. На переднее сиденье рядом с водителем садится Денис, оборачивается ненадолго, чтоб мазнуть по мне взглядом и дальше обращается к водителю: «Поехали».
— Что значит поехали? Эй… Денис, или как там тебя?
Он снова оборачивается через плечо. На меня смотрит. Из-за отвратительного освещения в салоне я плохо вижу выражение лица Дениса, но точно уверена, он сейчас насмехается надо мной.
— Что за выходка, Денис? — уже более мягче произношу.
— Домой хочу тебя провести, — его тон твёрдый, не терпящий возражений. Потоцкий тоже так разговаривает, но со мной — очень редко.
— Но я тебя об этом не просила! Это точно лишнее.
— А меня не нужно ни о чём просить. Хочу. И делаю, — звучит неоднозначно и пугающее.
То есть, как это: «Хочу. И делаю»?
Но вслух я не уточняю, что кроется за этой двусмысленной фразой — боюсь ответ мне не понравится.
Я поступлю иначе, просто попрошу водителя остановить такси, выйду из машины и уйду, а этот «Хочу. И делаю» пусть катается, сколько ему влезет.
Настроившись на решительный шаг, говорю водителю:
— Остановите машину!
Не останавливает, и тогда я повторяю, да нет же, не повторяю, а рявкаю:
— Вы что, оглохли, что ли? Машину остановите!
Водитель сбавляет скорость, паркуется на обочине. Я выскакиваю из такси, быстрым шагом иду по незнакомой улице. Назад даже не оборачиваюсь.
Ну не пойдёт же за мной Денис, я ему ясно дала понять, что к чему. Только дурак пойдёт напролом или же слишком упёртый, как мой муж.
— Стой! — на руке чуть выше локтя смыкаются чужие пальца, отшатываюсь от неожиданности.
Да ну нафиг.
— Опять ты! Руку убери… сейчас же, — воздух выпускаю через зубы, злая до чёртиков. Даже Потоцкий меня так не бесил прошлым летом, когда решил завоевать личный доступ к моему телу.
Обогнув меня с правой стороны, оказывается стоять напротив.
Я выставляю перед собой руки, чтоб он не смел ко мне приближаться.
— Стой там, где стоишь. Не подходи.
— Насть, ты чего? Я же не маньяк какой-то, — усмехается, а мне сейчас совсем не улыбается. Я в такой непонятной ситуации впервые в жизни оказалась. Чёрт знает, чем всё может закончиться.
— А у тебя на лбу не написано: маньяк ты или нет. Я тебя второй раз в жизни вижу.
— Второй, но не последний.
— Что?
Хочется закатить глаза от неслыханной наглости.
