Джорджиана наблюдала за тем, как виконт Моулсуорт, честный молодой человек, вольготнее чувствующий себя в родовом поместье предков, чем в бальных залах Лондона, неловко поднимается с колен.
Отряхнув бриджи, он произнес:
– Так я и думал, что вы меня отвергнете."
"Подавив смешок, Джорджиана придала своему лицу вежливо-заинтересованное выражение, и виконт любезно продолжил:
– Я и матушке об этом говорил. Но вы же знаете женщин – они никогда не слушают. Она утверждала, что вы непременно ответите согласием, потому что я – именно тот, кто вам нужен.
В этом, смею заметить, я с ней вполне согласен. – Виконт снова посмотрел на Джорджиану. – Вы точно не измените решения?
Покачав головой, Джорджиана встала и взяла виконта под руку.
– В самом деле, милорд, мне не кажется, что мы подходим друг другу.
– Что ж, хорошо. Ничего не поделаешь. – Лорд Моулсуорт, наследник графского титула и значительного состояния, вскинул голову, заслышав доносящуюся из бального зала музыку. – Тогда пойдемте танцевать.
Не доверяя собственному голосу, Джорджиана просто кивнула. Направляясь в бальный зал под руку с его светлостью, она не могла сдержать довольной улыбки. Девушка догадывалась, что виконт вот-вот сделает ей предложение, он набирался мужества всю последнюю неделю. Джорджиана очень боялась ранить его чувства, однако все прошло хорошо, гораздо легче, чем с двумя другими джентльменами. Первым попросил ее стать его женой лорд Дэнби, пылающий от страсти, но столь юный, что Джорджиана считала его почти младшим братом, а не потенциальным возлюбленным.
Второе предложение было сделано мистером Хейвлоком, застенчивым мужчиной тридцати пяти лет от роду.
Он искренне ей нравился, но только как друг. Она сомневалась, что сумела бы когда-нибудь воспринимать его в ином качестве. Ее отказ он принял философски, и они остались добрыми приятелями. При этом мистер Хейвлок не преминул заметить, что, если ей потребуется поддержка или нечто большее, он всегда будет к ее услугам.
Испытывая облегчение от того, что удалось без последствий пережить еще одно предложение, Джорджиана мысленно благодарила Бога за то, что привлекает только истинных джентльменов.
Несколько опасных светских львов засматривались на нее, будто бы она являлась лакомым кусочком, который они намеревались проглотить. Но, узнав, что она живет с Уинсмерами, они обычно с улыбкой проходили мимо.
Находились, однако, и джентльмены, которые были не прочь насладиться легким флиртом.
