В настоящее время я пытаюсь найти способ отвезти леди в какое-нибудь изолированное место, чтобы, уединившись с ней, получить возможность убедить ее в искренности своих чувств.
На величественном челе Дакетта появилась морщинка.
– Правильно ли я понимаю, что юная леди также питает к вам приязнь, милорд?
– Юная леди влюблена в меня по уши, если хотите знать.
– А, – сказал Дакетт, задумчиво кивая, – вот оно что.
Прищурившись, Доминик наблюдал за своим безукоризненным дворецким, взгляд которого был устремлен вдаль.
Затем он внезапно улыбнулся кончиками губ.
– Что думаете, Дакетт?
Этот негромкий вопрос резко привел Дакетта в чувство. Он улыбнулся своему хозяину.
– Мне пришло в голову, милорд, что, раз теперь вы стали владельцем Хартли-Плейс, вам наверняка захочется, чтобы мы с Дженнингсом направили туда людей – убраться, привести все в порядок.
Не понимая, к чему он клонит, Доминик кивнул:
– Да, но…
Дакетт предупредительно поднял руку:
– Смею заметить, милорд, что там могут обнаружиться личные вещи бывших хозяев, и нам нужно будет точно знать, как с ними поступить.
Также должен вас предупредить вот о чем: по словам старика Бена, через несколько дней начнется снегопад.
Доминик продолжал непонимающе смотреть на своего дворецкого, слушая тиканье стоящих в углу дедушкиных напольных часов. Наконец взгляд его прояснился, что весьма обрадовало Дакетта. Доминик коварно усмехнулся:
– Дакетт, князь среди дворецких, вы настоящий плут. Меня это должно было бы шокировать, не испытывай я такой благодарности.
Вы недаром получаете свое щедрое жалованье. – Выпрямившись, Доминик одним глотком осушил содержимое бокала и передал бокал ожидающему Дакетту. – Мы тронемся в путь на рассвете.
– Очень хорошо, милорд, – ответил Дакетт.
Глава 12
Одиночество оказалось хуже, чем Джорджиана предполагала. Доминик заполнял пустоту в ее сердце, о существовании которой она даже не подозревала. А потом он ушел.
Джорджиана подавила унылый вздох.
Вяло работая иголкой, она вышивала домашние тапочки, которые намеревалась оставить в качестве прощального подарка Артуру. День выдался тусклым и серым, созвучным ее настроению. Лежащая на диване Белла листала свежий номер «Лэдиз джорнал» и казалась такой же подавленной, как и Джорджиана. Однако от Беллы веяло умиротворением, которому Джорджиана в ее нынешнем мучительном состоянии могла только позавидовать."
"Сезон завершился два дня назад.
