– Непременно… – прошелестела Джорджиана, мысли которой были заняты вовсе не пропавшими картинами отца."
"Доминик стоял так близко! Через свое тонкое атласное платье она ощущала исходящее от него тепло. Его дыхание омывало мягкие завитки волос у ее уха, рождая в ее теле множество различных ощущений, а ласковые руки, нежно поглаживающие ее кожу, зажгли в глубине ее тела удивительный огонь. Таких ощущений ей никогда прежде не доводилось испытывать. Джорджиана решила, что ей это нравится.
Поглощенная своими открытиями, Джорджиана неосознанно откинулась назад, прильнув спиной к твердой груди Доминика и положив голову на его широкое плечо, и явила его голубоглазому взору свою длинную шею, кремовые плечи и полукружия грудей.
У Доминика перехватило дыхание. Ничего подобного он не планировал. Правила игры внезапно поменялись, обескуражив его, вынудив бороться с вышедшим из-под контроля желанием. Посмотрев Джорджиане в глаза, Доминик увидел, что они полуприкрыты от страсти. Ее губы, спелые и соблазнительные, слегка приоткрыты, дыхание сделалось быстрым и прерывистым.
Сдавленно застонав, Доминик, не в силах дольше бороться с желанием, склонил голову и прикоснулся губами к ее нежной шее, там, где с силой пульсировала синяя жилка.
Джорджиана напряглась, почувствовав скольжение его теплых нежных губ по своей коже. Они дразнили обещанием огромного наслаждения, и она полностью расслабилась, прижавшись к нему, принимая его ласки, стремясь познать еще больше и чувствуя, как внутри ее разгорается пламя.
Заслышав щелчок дверной задвижки, Доминик вскинул голову.
– Вот вам милое тихое местечко. Наверху так шумно, что я даже собственных мыслей не мог услышать!
В библиотеку вошел старый герцог Бакли в сопровождении двух приятелей столь же почтенного возраста. Направляясь к расположенным у камина креслам, они заметили пару, поглощенную созерцанием картины, висящей на стене между двумя длинными окнами.
– Прекрасная работа, вы не находите? – произнес виконт Элтон, указывая на полотно.
Джорджиана сдавленно кашлянула.
Доминик обернулся, будто только сейчас осознав, что они больше не одни в комнате.
Герцог некоторое время непонимающе смотрел на него, потом наконец узнал.
– А, это вы, Элтон.
– Ваша светлость, – с поклоном ответил Доминик.
– Видом наслаждаетесь? – поинтересовался герцог, сверкая серыми глазами.
Доминик пояснил невинным голосом:
– Этот портрет написал отец мисс Хартли.
