Пока Харви проталкивался к «не своей невесте», я добралась до подруг, страшно оскорбленных тем, что шаман вышел не из храма и разрушил прекрасный план получить пророчества без очереди. Дожидаться, когда до них эта очередь дойдет, не хотелось. Предсказания были озвучены, на карму они ровным счетом никак не повлияли, так что я вернулась к вагончику.
Спускаться по крутой лестнице в сто с лишним ступенек оказалось столь же неприятно, как подниматься по ней. Я старалась не оступиться и пыталась выудить из черной дыры в голове хотя бы крошечную подсказку, где именно цвела и пахла моя магическая палочка.
Тщетно! Служебный артефакт, похоже, был похоронен в той же глубокой могиле, куда я закопала воспоминания о вчерашней ночи.
Завидев меня еще издалека, Броди энергично замахал рукой. На загорелом лице светилась широкая улыбка. Я вдруг поймала себя на мысли, что, вероятно, спускаюсь в пасть к напророченной судьбе, из всех возможных выбрав самое неудачное направление.
– Нашли подруг, госпожа Мариса? – жизнерадостно спросил он, открывая дверь вагончика.
– Угу.
Не стоило быть с ним дружелюбной! Вдруг идея о том, что он стоит в направлении моей судьбы, окажется правдивой.
– Как предсказания?
– Мрачные.
Харриет с Эммой вернулись едва ли не первыми, когда толпа еще не успела хлынуть вниз полноводным потоком. Подруги быстро расселись по скамьям, и вагончик незамедлительно, пока дорога была пуста, тронулся.
– Шаман сказал, что мое желание, связанное с мальчиками, скоро исполнится, – проговорила Харриет и после долгой паузы добавила: – Значит, можно быть спокойной: Дейви и Пэрри все-таки поступят в детский сад к мадам Гантри.
– Ты говорила, что она отказала, – припомнила я.
– Да, поэтому это стало вопросом принципа. – Мать троих детей вскинула бровь.
– Мне тоже пообещали исполнение главного желания, – деловитым тоном объявила Эмма и, поправив пальчиком очки, не без кокетства добавила: – Уверена, я все-таки стану лучшим страховым агентом этого года.
– Хороший провидец, – согласилась Харри.
Мы с гидом Броди печально переглянулись и промолчали. По всей видимости, ему тоже напророчили нечто такое, отчего появляться в пещерном храме второй раз не возникало желания. И лестница в сто с лишним ступеней вовсе ни при чем.
Дальше по плану шло катание на качелях над пропастью. Я почему-то думала, что Броди говорил о пропасти исключительно для красного словца, но ошиблась.
