"
"В понедельник около восьми утра мы подъехали к глухим железным воротам, над которыми угрожающе торчала видеокамера. Пейзаж впечатлял. Высокий бетонный забор сверху украшала натянутая в два ряда колючая проволока. В углу двора торчала смотровая вышка. Больше всего интернат для девочек напоминал колонию строгого режима.
Я погудела, камера угрожающе развернулась в сторону машины, потом в воротах открылась маленькое окошко и высунулось лицо полной женщины со взглядом хорька.
– Чего угодно?
– Привезла ученицу Еву Резниченко.
– Пусть проходит.
– Мне надо поговорить с директором.
Охранница открыла узкую калитку, и перед моим взором предстал целиком заасфальтированный квадратный двор без всяких признаков растительности. В глубине стояло нелепое трехэтажное здание, выкрашенное темно-коричневой краской. На окнах были решетки.
Стражница велела Еве идти на уроки, а меня провела в небольшую комнату и принялась звонить по телефону. Я огляделась по сторонам. На стене висело объявление: «Список запрещенных предметов».
Ножницы, иголки, спицы, бритвы, столовые приборы, посуда, шоколад, плееры – всего 64 наименования. Цербер закончил переговоры и велел ждать. Минут через десять в комнату вошла молодая женщина в строгом костюме, без малейших признаков косметики на лице, никаких украшений ни в ушах, ни на руках.
– По какому поводу хотите видеть директора? – бесцеремонно спросила она.
– Слышала много лестных отзывов о вашей школе и хочу поместить сюда дочь.
Женщина предложила пройти в основное здание.
Кабинет размещался недалеко от входа. Директор оказался мужчиной лет пятидесяти, в дорогом костюме, безукоризненной рубашке и идеально начищенных ботинках.
– Кто порекомендовал вам наш интернат? – осведомился он, предлагая мне сесть.
– Владимир Резниченко. Здесь учится его дочь.
– Припоминаю, она новенькая. Известно ли вам, сколько стоит год обучения в школе?
И он назвал невероятную сумму. Да, Владимир отдал сюда Еву явно не из жадности. За эти деньги он мог пять лет обучать девочку в гимназии.
– Деньги не имеют значения.
Директор понимающе кивнул головой и спросил:
– В чем ваша проблема?
Я искренне удивилась:
– Какая проблема?
Мужчина вздохнул:
– Понимаю, что неприятно трясти грязным бельем, но, если хотите, чтобы педагоги помогли ребенку, лучше рассказать правду. Итак, в чем дело? Воровство, пьянство, наркотики, мужчины, ранняя беременность?
– Не настолько ужасно. Подростковая грубость, непослушание.
