Впереди показались выбеленные известью колоннады храма, под которыми ютилась целая армия нищих — мужчин и женщин. Храм давно пустовал и был заброшен, но нищие всё сидели. И по привычке протягивали руки за подаянием.
Хольт предусмотрительно увёл Геральта на другую сторону улицы.
— Знаешь, почему нас называют ведьмаками? — спросил он. — Потому что мы дети ведьм.
— Да брось... — запнулся Геральт. — То есть, выдумал тоже. Ведьмаки от ведьм. Ну-ну.
— Может, тебе и смешно, но это чистая правда. Первые ведьмаки были детьми женщин с неконтролируемыми магическими способностями — ведьм.
Они были не в своём уме и часто служили похотливым юнцам утехой. Детей, плоды таких утех, бросали. Или подкидывали. А из сиротских приютов и богаделен они, бывало, попадали в ведьмачьи школы.
— Да ну тебя... Выдумал. Не было такого.
— Было. Все мы, ведьмаки, произошли от слабоумных девок. Не смешно разве?
— Ничуть. Потому что всё было не так.
— Было-было. Только давно! Теперь у храмов ведьм не встретишь. Чародеи всех извели.
Ха! Ничто не вечно под луной.
Чем ближе к рынку, тем становилось многолюднее. Для Геральта это было внове. Он не привык к толпе, чувствовал себя неуютно. Раздражал шум. Начинало не хватать воздуха, а вонь становилась всё невыносимее. Несло дымом, горелым жиром, гнилыми фруктами, навозом и чёрт знает, чем ещё."
"На рынке пришлось протискиваться между рядами лотков сквозь толпу покупателей. И тут Геральта ждали сплошные открытия. А под конец — просто изумление. В жизни не думал, что существует столько ремёсел и такое множество товаров выставляется на продажу.
И что находится столько желающих их купить. Ремни и кожаные изделия, глиняные горшки — глазурованные и простые, меховые шапки, полушубки, постолы, вышитые платки, медные сковороды, грабли, вилы, топорища — и крендели, крендели, крендели.
Хольт на все эти чудеса даже не взглянул. Но вдруг замер, не стал лезть дальше вглубь толпы и схватил Геральта за рукав.
— Глаза в пол, — прошипел он. — Глаза в пол, не пялься.
— Это ещё почему?
— Чародейки.
Геральт нехотя отвёл взгляд. Две женщины у прилавка с янтарными украшениями и впрямь притягивали взор как магнитом. Богатыми нарядами. И красотой как с картинки.
— Они, — пояснил Хольт, когда отошли подальше, — считают обычных людей скотом, а ведьмаков на дух не переносят. До ссор охочи — могут и взгляд за оскорбление принять. Да и лучше, чтоб наших медальонов не учуяли.
Хольт остановился перед внушительным домом с вывеской над дверью.
