Зуд в предплечье прекратился, когда я остановилась перед дверью с номером 666. Да, они все издеваются что ли сегодня?
Я прикрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям в теле, сжимая руки в кулаки. Не постучусь. Не буду. Но внутри все было спокойно. Зуд не возобновлялся, порывов к движению больше не возникало. Я даже раздумывала развернуться и сбежать. А что, вдруг получится? Метка едва заметно мерцала. Может потухнет? Я пришла. Меня не ждали. Все. Взятки гладки. Решила досчитаю до трех и рвану. Раз, два …
Дверь распахнулась настежь, меня прямо затянуло внутрь, за спиной хлопнуло.
Я оглянулась и вздрогнула. Вот, блин. Магские штучки. Повернула голову обратно и вздрогнула еще раз, застыла в оцепенении.
Меня разглядывали. Два темных глаза на небритом лице, перекошенном уродливым шрамом, наливались вскипающей злостью. Огромные ноги широко расставлены, мощные руки уперты в бока. Дорогая шелковая туника зашнурована лишь наполовину, оставляя обзор на вздымающуюся грудь. Тяжелое дыхание.
Сейчас пар из ноздрей повалит. Неуместная шутка в такой ситуации. Я икнула. Смутилась. Оторвалась от загорелой кожи с черными волосками на груди, торчащими из выреза.
Темный брюнет с забранными в хвост волосами повел носом, принюхиваясь, брезгливо поморщился, сурового взгляда не отвел. Я испугалась. Впечатлилась. Развернулась, чтобы рвануть обратно наружу, но меня остановил низкий баритон:
— Стоять, — прямо пригвоздил к месту.
Рука застыла в десяти сантиметрах от дверной ручки.
Она так заманчиво блестела, манила схватиться за золоченый набалдашник. Но страх буквально сковал движения.
— Повернись, — продолжил командовать верзила с горой мышц.
Где он их себе нарастил? Аж бугрятся, того и гляди порвут рукава.
Я развернулась на негнущихся ногах, чувствуя себя слоном в посудной лавке.
— Подойди, — теперь он пялился на розовую звезду на моей руке.
Он все также стоял с руками, упертыми в бедра, не сдвинулся ни на сантиметр. Весь облик излучал спокойствие и уверенность, на лице застыла каменная маска и даже глаза пришли в норму, упихав гнев куда-то подальше.
Но я-то их уже видела, когда только зашла. У, меня не обманешь натянутым покер-фейсом.
Я сделала три шага, встала напротив, пришлось запрокинуть голову и взять себя в руки:
— Это ошибка, — только и смогла выговорить.
Зарик учил, что злой собаке надо смотреть в глаза, не показывать страх и не отводить взгляд, чтобы не набросилась.
