…Если спросить у бабушки… у той, другой, что редко покидала берег Мертвой реки, но в отражении ее видела больше, нежели дано людям и нелюдям. Неужели отказала бы тому, кого приняла однажды? Кому сама поднесла чашу, сделанную из черепа короля фоморов и наполненную до краев темной земляной кровью?
Кому позволила коснуться тени? И научила, как одолеть ее?
Она точно знает, остались ли в мире драконы.
– Нельзя без спроса брать драконье золото… – та, вторая, женщина к фляге не прикоснулась. – Он знал, но решил, что стоит выше закона.
– Это да… выше… всегда выше… – Катарина поднялась и протянула руку: – Дай. Пожалуйста. Не знаю, что это…
– Подгорный мед.
Кайден приподнял бровь. Даже так?
– Никогда не слышала…
– Люди о многом не слышали.
– А ты ведь не человек, да? То есть… я и вправду напилась, если говорю о таком… нет, ты очень похожа… совсем как человек. Никто бы и не заметил. И я… я сперва тебя боялась до жути.
– Почему? – женщина склонила голову набок.
– Потому что ты была страшной.
И сильной. А я слабой.
– Это тебе лишь казалось.
– Да ну… я всего боюсь… и сейчас тоже. Темноты. Пауков… их не совсем чтобы боюсь, просто неприятны. Людей вот…
– Людей стоит бояться.
– Это да, но… иногда… ты же знаешь. Кто-то просто глянет, а на меня накатывает… или не глянет, но просто накатывает. Без причины. И хочется сжаться, спрятаться и сидеть, сидеть. А лучше умереть, чтобы никто не понял, где меня найти. Это так смешно! Они меня хотят убить, а я уже… сама…
– Глупости.
– Да, я понимаю…
Кайден погладил рукоять Тьмы. Хорошо бы узнать имена, но что-то подсказывало, провидение не будет столь предупредительно. Ничего, Кайден сам выяснит.
Даром, что ли, он королевский дознаватель?
– Я хочу жить… просто жить… завести вот кошек…
– Кошек?
– Одну. Или две. Я знаю, что ты их не особо жалуешь…
Еще бы, эти четвероногие твари видели куда больше людей. Помнится, бабушкина любимица так и норовила вцепиться Кайдену в лицо. Чем несказанно огорчала хозяйку.
Тварь пришлось проучить. И до конца жизни ее – а прожила она куда дольше, чем следовало бы, но уж очень бабушка к ней привязалась – они оба хранили нейтралитет.
– Но может, как-нибудь потом… ма-аленькую, – Катарина показала, насколько маленькую. – Рыженькую. Или беленькую… чтобы мурлыкала и спала со мной.
Кайден моментально отказался от мысли о подобном подарке. Если дом он был готов разделить с кошкой, то в постель не собирался впускать никого. Кроме себя.
