– Мальчики сказали, что ты приболела, и меня это очень огорчило… очень…
Перстни и кольца.
Ожерелье на шее. Тяжелые серьги, почти достающие до покатых плеч. И кружево огромного воротника. Такие были в моде лет пять тому. Или десять даже? Господи, как давно… целая вечность, а Катарина помнит собственный воротник из тяжелого кружева, которое укрепляли железными спицами, а уже их ставили на ворот платья. И она жутко боялась, что ворот не выдержит, что спицы упадут и кружево – подарок жениха – порвется. Тогда бы отец разозлился и сказал, что Катарина слишком беспечна.
Небрежна.
Она судорожно выдохнула и стиснула кулаки.
– Да, мне лучше, – Катарина слегка склонила голову. – Мы ждем гостей?
– Гостей? Милая моя, какие гости в этой глуши. Не представляю, как этот дом вообще уцелел…
Чудом, не иначе. И принадлежал он, как Катарина теперь знала, бабке той, другой Катарины, которая единственная из семьи не отказалась от беглянки. И дом вот оставила. И прилегающие земли.
– Если хочешь знать… – знать Катарина не хотела, но тетушка Лу, потеснив Джио, взяла Катарину под руку, – молодой красивой женщине здесь совершенно нечего делать.
Ты должна выезжать в свет. Для начала отправиться к нам. Мой Гарольд будет рад. Он сам говорил, что не стоит бросать бедное дитя в столь сложное для него время. Мы можем отправиться уже завтра. Я займусь твоим гардеробом, представим тебя свету, сперва, конечно…
– Витражи красивые, – Катарине надоело это слушать.
– Что? – на щеках тетушки Лу сияли золотые блестки.
– Витражи здесь красивые. Не знаете, кто их делал?
– Понятия не имею. Какая разница?
– Действительно… их ведь давно ставили. И тот, кто делал, давно умер. Жаль. Чудесная работа.
Катарина высвободила руку и, оглянувшись на Джио, направилась к столу. Она заняла место во главе его, вздохнула и поинтересовалась:
– Ужин подадут?
– Мальчики еще не вернулись.
– Это их проблемы. Джио…
– Конечно, дорогая, – Джио хлопнула в ладоши, и огненные камни засияли чуть раньше.
– Это не очень вежливо, – тетушка Лу устроилась по левую руку Катарины.
– Не очень вежливо заставлять себя ждать, – Катарина расправила салфетку. – Я привыкла, что ужин подают в семь. Если в вашем доме иные порядки…
Ответом были поджатые губы.
– …то мне жаль, но вам придется привыкнуть к нынешним.
– Деточка, послушай доброго совета, – тетушка Лу тщательно разглаживала полотняную салфетку. – Женщине следует проявлять большую гибкость, большее понимание… к мужским слабостям.
