– Это ничего не значит, – Катарина попробовала оттолкнуть урода, который не нашел ничего лучше, как тереться носом о ее шею. Боже, если он вздумает шею облизать, как иногда делал Генрих, Катарину просто-напросто стошнит. – Да уйдите же…
В ухо дохнули той же дымно-алкогольной смесью, а наглые руки полезли в корсаж. Не хватало… она вывернулась, чтобы дотянуться до подвески и сдавить ее. А в следующее мгновение Кевина отбросило.
Как отбросило… опрокинуло на спину, протянуло по полу, чтобы грохнуть о двери.
– Ах ты… – он поднялся на четвереньки. И глаза налились кровью. – Ты…
Кевин выразился вовсе не так, как надлежало выражаться джентльменам, особенно если речь заходила о дамах. И, поднявшись на четвереньки, качнулся. Вставал он медленно, всем видом своим показывая, что как только поднимется…
Второй удар сбил его с ног, закружил и, кажется, припечатал к стене.
– Убирайтесь, – сухо произнесла Катарина. – Я не желаю видеть вас в своем доме.
– Ты…
Ругаться Кевин умел. Не так, конечно, как иные, кто думал, что ругань придает сил и помогает выдержать пытки, но все же… все же неплохо.
Бодро. С немалой выдумкой.
– Я вас всех, – он все же встал, опираясь на стену. – Я всех вас… пожалеете…
Сухо щелкнула молния, пробираясь по камням, заставляя Кевина отступить. И еще на шаг. И еще… Джио забавлялась, выпуская один огненный побег за другим. Она позволяла им коснуться человека, вцепиться в его одежду, слегка взобраться по ней и гасила прежде, чем будет причинен вред.
Джио хорошо знала законы.
– Ты… и твоя… тварь… еще пожалеете…
Огненный цветок распустился перед самым лицом Кевина, заставив шарахнуться и вывалиться за дверь.
– Так-то лучше, – произнесла Джио, послав последнюю молнию, которая, судя по вскрику, достигла-таки цели.
– А раньше ты не могла вмешаться? – Катарина отчаянно терла щеку.
– Могла, но зачем?
– То есть незачем? Этот… эта… с-скотина…
– Была пьяна, судя по тому, что мне донесли.
– И что? Это его оправдывает?
– Нет, это позволяет взглянуть на него со стороны, – Джио явно не чувствовала себя виноватой.
– А то мало ли, вдруг он и вправду тебе понравится.
Еще чего. Катарину била мелкая дрожь. И ей пришлось обнять себя, чтобы хоть как-то успокоиться.
– Это… ты… подстроила?
– Если о том, что бренди ему отнесли вместо бокала бутылку, то да, моя вина. А все остальное – его собственная фантазия.
– А я?
– А тебе пора научиться защищать себя. И ты справилась.
Наверное.
