– У меня так голова разболелась… дорогая, а ты себя нормально чувствуешь?
– Великолепно, – Катарина не сдержала улыбки. – Спасибо, тетушка. А вам, думаю, стоит прилечь. В ваши годы нужно заботиться о здоровье.
– Утром ты чувствовала себя дурно…
Уголки губ Кайдена дрогнули. Или Катарине показалось? Или все-таки действительно… нет, конечно, показалось. Он не мог знать, отчего ей было плохо утром.
– Все прошло, – Катарина отмахнулась от намека. – Благодаря вашей заботе и прогулке. Идите, тетушка… может, стоит кого отправить за целителем?
– Я могу взглянуть, – сказал Дуглас.
– Мне случалось кое-кого лечить…
И покосился на племянника, который точно не был ему племянником, но смутился. И это выглядело забавно. А еще незаметно. Во всяком случае, Катарине подумалось, что никто-то, кроме нее, не обратил внимания на дернувшееся ухо, кончик которого покраснел.
– Не стоит, мне просто нужен отдых, – тетушка подхватила юбки. – Мальчики, надеюсь, вы не настолько устали, чтобы не занять гостя…
Прозвучало почти приказом.
Глава 17
Не золотая она. Золото холодное.
Медовая. Волосы цвета липового меда, который собирают пчелы под полуденным солнцем июня. Кожа светлая, как тот, цветочный, мед, что приносили со старой пасеки прямо в сотах. И Кайдену позволялось эти соты разламывать и жевать, не думая о том, сколь прилично или неприлично он при том выглядит.
Веснушки – гречишный. Темный, тягучий. И тянет лизнуть их, убеждаясь, что они столь же сладки.
Мед, вот что, пожалуй, примирило Кайдена с этим миром, столь непохожим на тот, другой, к которому он привык, к которому, как мнилось, принадлежал.
Мед и молоко.
– И чем вы занимаетесь? – поинтересовался Гевин.
Этот засранец устроился рядом и разглядывал Кайдена, не скрывая своего пренебрежения, что было оскорбительно. И будь Кайден помоложе, он бы, конечно, оскорбился и поспешил бы отыскать пару-тройку едких слов. Или просто и незамысловато дал бы в морду, вследствие чего случилась бы драка…
– Всем понемногу, – сказал он, представляя, как медленно и с наслаждением выкручивает голову этого засранца.
И как трещит шея, рвутся связки… – Кур вот выращиваем. Поросят опять же…
– Поросят? – Кевин хмыкнул.
В отличие от братца он не скрывал своего раздражения. А вот на Катарину и вовсе поглядывал так, будто она была его собственностью.
А ведь болото хорошее. Глубокое болото.
Если груз к телу привязать да отнести подальше, скажем, туда, где разбойников вырезали. А ведь если напрямик, то это почти рядом.
