А ты за мной пойдешь, как слуга… сбегай пока, найди кузницу.
Авраамка умчался, сверкая пятками, да сразу же и вернулся, показывая рукой на группу приткнувшихся на низком берегу ручья строений:
– Во она, господин, Апраксия-кузнеца усадьба, за теми вербами.
– Что сей Апраксий за кузнец, спросил? – быстро поинтересовался Вожников.
– Подковы бьет, да так, по мелочи.
Егор засмеялся:
– Вижу, что по мелочи – усадебка-то у него, мягко говоря, невелика. А подковы – это хорошо, это славно. Вот что! Пока я с кузнецом говорю, у ворот да у кузни пошарься, с молотобойцами поболтай, со слугами…"
"Хоть и невеликая был усадьба у кузнеца Апраксия, да аккуратная, ладная – и забор ладный, и ворота не накосяк, и двор выметен чисто.
Окромя жавшейся к ручью, под навесом, кузни, имелись две небольшие избенки на подклетях – одна: с резным крыльцом да с наличниками, как видно, хозяйская, другая, попроще, для подмастерий. Еще был амбар, баня и коновязь с яслями для лошадиного корма.
Ворота открыли сразу, едва только завидели возможного клиента – вихрастый русоволосый вихрастый парень с манерами ушлого работника автосервиса тут же и спросил:
– Не изволите ль чего, господине? Все ль подобру, поздорову?
– Да, в общем-то, в порядке, – расслабленно улыбнулся Егор.
– Разве что ручник барахлит, тросик… Тьфу ты! Прихрамывает, говорю, как-то странно коняга.
– Глянем-посмотрим, – парень потер руки. – Давайте поводья, господине…
– Хотелось бы на всякий случай перековать кое-что… А то дорожка предстоит дальняя.
– Перекуем… – привязав коня, вихрастый сноровисто осмотрел подковы. – Левую переднюю – обязательно надо, да и заднюю правую хорошо б… Много ездите?
– Да бывает.
– Почаще в кузницы заглядывайте, господине. А то эдак, в пути-то, и все подковы можете потерять… Немножко пождите, сейчас я хозяину скажу. В кузницу сами пойдете?
– Сам.
– Ну, сейчас… скоро.
Апраксий-кузнец оказался человеком вполне интеллигентным – худощавым, с седоватой бородкой, вовсе не бугаем с перекатывающимися под кожею мускулами и кожаным фартуком на голое тело.
Фартук, конечно, присутствовал, только – поверх серой посконной рубахи с аккуратными заплаточками на месте прожженных искрами дыр. Видать, жена у кузнеца хозяйка добрая… или дочки – вона, мал мала меньше на крыльцо высыпали, уставились на Авраамку глазищами, смеялись.
Дело свое кузнец, впрочем, знал туго – подковы поменял на раз и запросил недорого, пригласив «заезжать иногда», так сказать – для профилактики.
