Кашинский удел
– В Крутогорке мор, княже! И в Угланове – тож!"
"Спешившись, доложил молодой десятник Иван Афанасьев сын, еще с утра во главе дюжины своих молодцов посланный князем по окрестным селеньям – в разведку.
Сидевший на мостках, по-простецки свесив ноги, Егор оторвал взгляд от золотисто-оранжевого заката, от подсвеченных солнцем облаков, медленно плывущих по темно-голубому небу, от светлых вод реки, перечеркнутых длинными тенями росших на том берегу сосен:
– В Крутогорке, говоришь? И в Угланове? Ай-ай-ай… мы ж недавно там все зачищали, и вот вам, на обратном пути – нате! – поднявшись, князь покачал головой и прищурился.
– К Кашину мор идет – так выходит?
Десятник не отвел глаз, кивнул:
– Выходит, княже, так.
– Да это и без твоих слов понятно! – вдруг осерчал Вожников. – Непонятно другое – с чего бы?
– Так, может, крысы…
– Может, и крысы… А если люди? – взгляд князя внезапно наполнился тяжестью и вот-вот готовым прорваться гневом, как бывает, когда люди, которым веришь, на которых надеешься, вдруг не оправдывают этих самых надежд.
– Вы что же, народ-то не расспросили? Просто прокатились – по хорошей-то погоде, на лихих-то конях – в охотку! Я б и сам с удовольствием прокатился, уток бы пострелял. А? Что взор потупил? Я тебя спрашиваю, товарищ сержа… господине десятник! Отвечай!
– Так я и это… отвечаю, великий князь, – справившись с волнением, воин подтянулся, живенько стерев ладонью грязное пятно на бахтерце – доспехе из вертикальных стальных платин, соединенных промеж собой кольцами, нечто вроде куртки с короткими кольчужными рукавами и подолом.
Для разведки, для рейдов – добрый доспех, не тяжел, удобен.
– Мы все ж поговорили, – спрятав обиду, вытолкнул из себя Иван. – И с косарями, и с обозниками, даже с пастухами – отроками малыми.
Вожников ухмыльнулся, передразнил:
– Молодцы – «с отроками малыми». И что вам эти отроки сказали?
– Что мор передать можно, – почесав щетинистый подбородок, угрюмо отозвался десятник.
– Ага! – князь всплеснул руками. – То-то мы без них о суеверии сем подлом не знали, не ведали. Значит, и в Угланово, и в Крутогорку – мор кто-то принес! Что ж вы про чужих не спросили?
– Мы спросили, княже, – в светлых очах воин сверкнула возникшая вдруг уверенность. – Отроци те грили – бахметьевские ден пять назад приходили, мириться.
