– Ах, ты так, так, да? Мххх… ну, получи, чтоб тебя разорвало!
– Посмотрим еще, кто из нас получит… Ишь ты, пьяницей обозвал, пес!
– Кто пес? Я?!
– Ты, ты… ага!
– А вот тебе! Вот!
– Аа-а-а-а!!!"
"Неспешно поднимающийся в гору паломник – монах в рясе с накинутым на голову капюшоне – покосившись на прокатившуюся мимо шляпу, с укоризной глянул на драчунов, поправил висевшую на левом плече котомку и, бросив в рот горсть тыквенных семечек, свернул на козью тропу.
– Думаю, нам нужно искать монаха, – нагнав Красавчика, осмелился дать совет один из воинов – широкоплечий малый с мосластым, каким-то лошадиным, лицом.
Халед с усмешкой скосил глаза:
– Нам нужно искать и монаха, и волков. Так, чтоб они были вместе… хотя бы по слухам.
– Но…
– Ибо паломников здесь столько, что мы никогда не отыщем нужного. Ну? – лжекабальеро грозно взглянул на воина. – Какую глупость ты хотел бы сказать еще, любезный Заир?
– О, господин мой, позволю себе все же кое-что предложить для пользы нашего дела, – упрямо сверкнул глазами Заир.
– Тот рыбак, посланец Мардара, говорил, что Он… – словно «Он» воин особо выделил интонацией, хотя его холеному господину и так было понятно, о ком идет речь. – «Он» убивает, как волк, разрывает горло… не руками же ведь? И когтей у него нету.
– Я всегда знал, что ты далеко не глупец, мой верный Заир, – на тонких устах кабальеро заиграла улыбка. – Потому и держу тебя своей правой рукою.
– Господин! Уверяю, вы не…
– И об умениях столь нужного нам упыря-гуля я тоже подумал, все ж не глупее тебя.
– О, Аллах, Всеблагой и Всемилостивейший! – вытянутое лицо Заира внезапно исказил страх. – Так вы думаете, тот, кого мы ищем – гнусный кровопийца – гуль! Так как же мы с нечистой силою справимся?
– Он не гуль, успокойся, – внимательно поглядывая по сторонам, рассмеялся Халед. – Если б был гуль – Мардар нас бы предупредил, да и, скорее всего, не послал бы, явился бы сам. Не-ет, это человек… человек по виду, обликом, телом, а лишь душою – хищный и кровожадный зверь.
– Ва, Аллах, – сложив руки на груди, Заир набожно поднял глаза к небу. – Можно, я скажу откровенно, мой господин?
– Говори уж, коль начал! – кабальеро прищурился, поправив висевший на поясе меч в узких, отделанных серебром, ножнах. – Впрочем, я, кажется, знаю, о чем ты хочешь сказать… О Мардаре, не так?
– Так, господин, – погладив по гриве коня, согласно кивнул воин. – Об этом проклятом колдуне… и о том гнусном нелюде, кого мы ищем.
