Ойзенберг повернулся ко мне и процедил:
– Надеюсь, вы ей сказали, что в кассу госпиталя надо будет внести…
И тут женщина заорала:
– Да сделайте вы уже что-нибу-удь! Достаньте из меня это!
На шум начали подтягиваться практиканты, чуя если не интересный клинический случай, то знатную перепалку, которую еще долго можно будет обсуждать по углам. Заглянул и любитель инструментов – нейт Брайтен.
Ойзенберг потянулся клешнями к животу Диди, но та извернулась и треснула его по руке.
– Не трогайте меня! Я не дамся постороннему мужчине, никто не может меня касаться, кроме моего мужа.
Пусть лучше она, – взгляд в мою сторону, – принимает роды!
– Да что вы себе позволяете, милочка?! – лекарь побагровел, на щеках обозначились желваки. – Вы находитесь в госпитале, а не на рынке.
– Хватит. Сейчас мы просто теряем драгоценное время, – непреклонно произнесла я, становясь между ним и пациенткой. Ух, лишь бы не нагрубить, когда на нас смотрит столько пар глаз! Пособачиться можно и наедине. – Роженице лишние потрясения не нужны, это плохо влияет на процесс.
Если нужно, я оплачу пребывание этой женщины в госпитале из своего кармана. Теперь давайте за дело.
Диди продолжала причитать, что не даст себя тронуть и пальцем никому, кроме целительницы. И что она праведная женщина и не хочет познать гнев небес. Негоже показывать срам кому ни попадя.
– Надо уважить желание роженицы, – поддержал меня Брайтен гулким басом. – Практикантам тоже нужно на ком-то тренироваться, – и подмигнул мне.
Наверное, хотел поддержать, но своими словами лишь вызвал у бедной Диди новый приступ паники."
"Я чувствовала, что Ойзенберг хочет сказать в мой адрес пару ласковых, но присутствие свидетелей не позволяет опуститься до перепалки. Это не песочница, где дети отбирают друг у друга лопатки. Может, не будь здесь внушающего страх Брайтена, он бы велел практикантам приструнить и меня, и роженицу.
– Так и быть. Вы будете вести роды у этой женщины. Вот только если не справитесь, я лично буду просить нейта Лейна выгнать вас с самым низким баллом, – заметил он мстительно.
Раздался неодобрительный шепот, кто-то выкрикнул: «Давай, Эллен, не подведи!» Но лекарь метнул в сторону группки практикантов уничижительный взгляд.
Уверена, это только ко мне такое «доброе» отношение, я ведь враг номер один. Они будут испытывать и испытывать меня либо пока не надоест, либо пока я не докажу свои профессиональные качества. Ну и пускай подавятся.
