— «Но разве подобные глупости не украшают эту жизнь самыми насыщенными вкусами? Добавим немного перчика. И перед Ковалевской я смогу выкрутиться — постараюсь ее не обидеть».
Возле статуи Гекаты почти никого не осталось, но возле алтарей все еще толпился народ, делая подношения, загадывая заветные желания. И круг танцующих ведьм, которых пытался поймать Пан, не стал реже. Видимо туда добавилось любительниц острых и нескромных ощущений. Возле помоста тоже царило оживление: там выступала какая-то новая актерская труппа.
Держа за руку виконтессу, чтобы не потеряться в толпе, я направился в обход загона и поднял взгляд к ночному небу. К моему удивлению вимана, до сих пор висевшая над поляной метрах в двухстах, вдруг совершила маневр и начала снижаться. Особо странным казалось то, что эта летающая машина была не частной. Светящийся сине-красный ободок над нижней палубой указывал на ее принадлежность к «Воздушному Извозу Костина» и пилот сейчас грубо нарушал правила полета и посадки.
Да, такое часто делали владельцы виман, тем более господа с высокими титулами, но, чтобы подобную вольность позволил пилот службы извоза, представлялось чем-то невероятным.
А когда вимана села, едва не снеся опорой одну из палаток, и ее люк открылся, я изумился еще больше: из говорителя, служившего обычно для голосовых оповещений, раздалась громкая музыка и на трапе появилась какая-то девица. Над ней в метрах в двух-трех проступал слабосветящийся силуэт.
— Родерик! — признал я и замер, сжав ладонь виконтессы.
Глава 20
Фокусники и комедианты
Я не мог ошибиться: возле открытого люка виманы явно завис призрак. Поначалу у меня имелись сомнения: ведь часто за призрак мы принимаем оптическую иллюзию; в моем случае это мог быть блик от луча прожектора. Сделав несколько шагов в сторону и сместив внимание на тонкий план, я окончательно убедился, что там находился призрак — Родерик. А значит, дама в черном была никто иной как Талией Евклидовной — в этой одежде, тем более подсвеченной сзади прожектором, ее нелегко было узнать.
— Госпожа Элисан, сейчас нас ждет несколько минут эмоционального общения с признаками скандала, — предупредил я Ленскую и продолжил пробиваться через толпу.
— Вот как? Мне следует снова войти в роль ведьмы? Я готова, мой волшебник! — отозвалась она, тряхнув золотистыми волосами и снова надев колпак.
— Все может оказаться серьезнее, чем спектакль.
