Прежде чем ответить, я опустился рядом с виконтессой, сел удобнее и сунул руку ей между ножек.
— Астерий будет доволен тогда, когда ведьма заорет от оргазма, — сказал я, лаская ее мокрую щелочку.
Она не ответила, закрыла глаза и плотно сцепила губы. Когда мои пальцы проникли в лоно госпожи Ленской, она шумно выдохнула, сжала ноги, но после нескольких настойчивых проникновений, развела их, с желанием двинулась навстречу моим пальцам. От каждого толчка ее живот подрагивал, на лице отражалось мучение, смешанное с блаженством.
— Иди ко мне, — я притянул ее, усаживая на себя.
— Только не кончай в меня, — попросила Ленская, с нетерпением ожидая проникновения.
Ее киса успела стать такой мокрой и горячей, что я позволил себе не церемониться — вошел сразу резко и глубоко. Она закричала, вцепившись в меня, царапая и покрывая лицо поцелуями. Ведьма будто в один миг превратилась в дикую кошку. Я повалил ее, подмяв под себя, раздвигая ноги шире и вонзая своего волшебника в мокрую, дрожащую от страсти пещерку.
Она скоро привыкла к моим сильным толчкам, и теперь выгибалась от удовольствия, вскрикивала, когда я пронзал ее до самых глубин. Наши движения стали резче и чаще. Я почувствовал животом, как в моей новой любовнице зарождается волшебная дрожь. Сначала она проявилась в порывистом дыхании, затем запульсировали мышцы живота и бедра. Еще через несколько толчков виконтессу затрясло всю от пяток до макушки. Она закричала, извиваясь подо мной словно змея. Люблю такие сумасшедшие оргазмы, только от них сам кончаешь, едва успевая выдернуть член.
Я успел — выдернул и поднес его к открытому ротику госпожи Ленской. Еще подрагивая от запредельного удовольствия, она со всей страстью набросилась на него. Жадно зачмокала, за что я ее тут же наградил волшебным взрывом, наполнившим ее ротик, забрызгавшим лицо.
Прижавшись друг другу, мы лежали, глядя на звезды, чувствуя сразу ночной холод, тепло близкого костра и жар наших тел. Не знаю сколько прошло времени, мышцы погрузились в такую истому, что трудно было пошевелиться.
Я слышал, как несколько раз пискнул эйхос."
"Мысль о том, что сообщение может быть важным, все же заставила меня привстать, дотянуться до ремня и взять устройство связи, нарушившее наш приятный покой.
Светлана положила голову мне на живот и начала пальчиками гладить моего бойца — он тут же подтвердил свою готовность.
Я активировал эйхос. И тоже встрепенулся. Сообщения было три: два от мамы, одно от охранника. Явно дома что-то произошло.
