Две окружности, едва ощутимо подрагивающие под пальцами. Он сжимал их, разводил, сводил, любуясь приоткрывающейся узенькой щелочкой. Ему хотелось обладать ей как можно скорее. Всё остальное просто исчезло из его головы. Энрар забыл о списке, о гневе, о своих делах. Для него существовал только этот аппетитный, в меру мягкий зад. Быстро облизав большой палец, он скользнул меж прекрасных ягодиц вниз, меж нежных губок, и уверенно проник в женское лоно. Вилия вздрогнула, глухо что-то промычав, и тут же вся сжалась.
Возбуждения в ней не было, только страх, сковывающий всё тело и мешающий ей дышать. Жмурясь, буквально выталкивая из груди воздух, она снова молилась, чтобы всё скорее закончилось, сама не понимая, чего боится больше: боли или того пьянящего зуда внизу живота.
− Расслабься, − прохрипел Энрар, выскальзывая из нее пальцем и снова скользя двумя руками по женской спине. – Я не хочу причинять тебе боли, но и возиться настроения нет.
Вилия только выдохнула, чувствуя, как мужчина опустился к ней, вжал ее в стол всем своим телом и звучно втянул носом воздух.
Аромат ее волос, странный, едва уловимый, похожий на морской ветер, дразнил мужчину. Разгребая мелкие пряди носом, он сполз руками назад к обнаженным ягодицам, снова сжал их и тут же укусил Вилию в основание шеи. От укуса по телу женщины прошла странная волна. Ее просто дернуло под эштарцем, выгнуло так, что она буквально подставила зад под его горячие руки и тут же смутилась.
− Расслабься и тебе будет так же хорошо, как и мне, − прошептал Энрар, целуя ее шею, потом ухо и висок.
Подставляя под его горячие губы щеку, женщина сама повернула голову набок и откинула назад, демонстрируя изящные изгибы. Ее губы были чуть приоткрыты. Закрыв глаза, она тяжело дышала, понимая, что тело внезапно стало вспоминать приятные ощущения. Эти руки и эти губы были уже знакомыми и вместо боли предвещали блаженство. По коже начинала бродить рябь, но, к счастью для девушки, не спешила спускаться к низу живота.
Энрар замер, глядя на эти пухлые розовые губы. Он едва не коснулся их своими губами, но тут же отпрянул, не позволяя себе увлечься. Плохо понимая, почему он снова злится, эштарец стал быстро избавляться от собственной одежды, которая его злила еще больше, чем приоткрытые женские губы. Нагрудник с ремнями на боках. Ремень на поясе, в который уперся член. Тяжелые штаны с кожаными вставками на бедрах.
