– Если что интересное будет – свистни!
– Непременно, – повернувшись в сторону зала, из которого доносилась классическая музыка, я зашагал к распахнутым настежь дверям.
* * *Совершенно не по-благородному, почесав левой рукой затылок, я ещё раз задумчиво посмотрел на ажурный эфес шпаги с тонким восьмидесятипятисантиметровым обоюдоострым клинком. Как-то не внушала мне доверия это… эта зубочистка, особенно из-за того, что радушная хозяйка поместья Мария Викторовна Лепесткова-Каменская клялась и божилась, что это самый что ни на есть настоящий раритет времён Екатерины Великой! А потому он не чета тому жуткому новоделу, который болтался на поясе у моего противника.
"
"Хорошо это или плохо – я утверждать не брался. Подобное оружие я держал в руках первый раз в жизни и всё мой знакомство с фехтованием ограничивалось просмотром прошлогодней премьеры современного переосмысления фильма «Гардемарины, вперёд!», различных отечественных и зарубежных вариаций на тему «Трёх мушкетёров», «Зорро» и прочих подобных картин.
Вот только… не знаю уж почему, но доставшийся мне антиквариат, пусть даже и находился в идеальном состоянии, казался мне игрушкой по сравнению с современным «дуэльно-церемониальным рапирным комплексом», которым легко и умело помахивал мой визави, выполненным из сверхпрочного и ультрагибкого сплава с применением космических маджи-технологий. Да ещё, наверное, с молекулярной заточкой.
Впрочем, выбора как такового у меня собственно и не было, как и своей шпаги… а предлагать свою мне никто не спешил.
Ведь в конце-то концов я не маг и в колледже меня никто не заставлял таскать с собой этот анахронизм в виде спицы-переростка. Тем более после перехода с гражданской на военную кафедру, где детишки баловались куда как более опасными игрушками. А если уж говорить откровенно, то даже у нас в кампусе, где ношение при себе личного оружия было вроде бы обязательным, первый и последний раз, когда я видел народ, массово вооружённый подобными ковырялками, была «Вступительная церемония», на которой я познакомился с Зайкой.
Уже на следующий день, второго сентября, я не увидел на улице практически ни одной девушки с подобной ковырялкой на поясе. Та же наша Андриана хранила свою родовую шпагу в шкафу, замотанной в толстый слой ткани, и на моей памяти доставала ей только раз, чтобы поучаствовать в турнире.
