То, что мы здесь, мягко так скажем, «не одни», я ощутил где-то спустя полчаса. Вначале, за стонами цесаревны, мне только показалось, что я слышу тихое шуршание и приглушённый писк, даже подумал о том, не завелись ли в посольстве мыши. А затем, когда звуки повторились, повернул голову в ту сторону, и мой «третий глаз» почти сразу же позволил мне заметить маленькую, неприметную дырочку с булавочную головку. Прямо напротив кровати, в тени между настенной портьерой и рамой картины с красиво нарисованным морем.
Почти в этот же момент там что-то резко скрипнуло, стукнуло и с грохотом разбилось.
– Так-так-так… – прошептала, открыв глаза, Инна и, хищно улыбнувшись, посмотрела в ту сторону.
– Что? – спросил я. – Шпионы?
– Да что-то вроде того, – девушка потянулась в моих объятиях и, ловко выбравшись из-под меня, грациозным движением разбуженной пантеры встала с кровати, единым взмахом подхватывая со стула свой тёплый, пушистый халатик.
Пройдясь до двери в чём была, явно давая мне насладиться своей прекрасной фигурой, цесаревна подмигнула мне и, набросив на себя одежду, тихонько выскользнула в общую чайную залу своих апартаментов.
Почти сразу же я услышал, как тихо, приглушённая расстоянием и стенами, скрипнула соседняя дверь. Вернулась девушка примерно через полторы минуты, буквально волоча упирающуюся и красную как рак Женю, которую, похоже, зачем-то вытащила прямо из кровати. На помощнице-служанке Инны был только шёлковый пеньюар, к тому же настолько тонкий, что трудно было не заметить отсутствие на Касимовой-старшей какого бы то ни было нижнего белья.
– Инна, ты… да погоди! Не надо… я не… – лепетала девушка, стыдливо пытаясь хоть как-то прикрыться.
– Вот! – цесаревна подтолкнула девушку вперёд, упёрла кулачки в бёдра и, выпятив грудь, от чего халатик немедленно распахнулся, вздёрнула носик. – Шпионку поймала…
– Инн… ну правда… – неуверенно произнесла Женя, глядя на меня, как кролик на удава. – Я не п…
– Шпиёнку, развратницу, вуайеристку и, оказывается, ещё рукоблудницу! – сурово и обвиняюще произнесла моя супруга-фаворитка стыдливо потупившейся сестре Ленки, а затем, задорно рассмеявшись, звонко шлёпнула подругу по попке.
Касимова взвизгнула от неожиданности, и в этот момент Инна ловко отстегнула бретельки пеньюара, а затем толкнула девушку на меня. Ноги Евгении немедленно запутались в тряпке, а потому она словно подкошенная рухнула в мои объятия.
