Вспоминала его запах, горячий шепот на ухо и такие сладкие откровенные поцелуи… Они снились мне каждую ночь и эти сны были такие живые, яркие…
И слишком пошлые. Настолько, что утром становилось нестерпимо стыдно. Хотелось снова испытать то острое удовольствие, но я бы лучше умерла, чем призналась в этой слабости. Я всегда хотела сохранить себя для мужа, для одного-единственного человека, а теперь? Теперь мою невинность заберет чужой рано или поздно, а я не то что не могу никак этому противостоять, я… хочу этого?
Нет, не может быть! Он чужой, опасный мужчина, который меня похитил.
Надо помнить об этом. Надо помнить…
Внезапно шею сдавила сильная рука, слегка перекрывая доступ кислорода, и я дернулась от испуга. Даже не услышала шагов Дамира, так бесшумно он подошел сзади. Наши взгляды в отражении натертого до блеска окна встретились – мой испуганный и его темный, манящий. От порочного блеска в этой черноте по телу прошел разряд тока. Как завороженная я смотрела в его демонические глаза и не могла заставить себя отвернуться.
– Знала бы ты, как я не хочу выпускать тебя не то что в сад, но даже из спальни. Из своей спальни, – хрипло произнес он, обжигая ухо горячим дыханием.
Второй рукой Дамир обнял мою талию и через секунду притиснул к себе. Слишком сильно, но я не сопротивлялась. Эта животная жадность пробуждала в глубине души что-то темное, и этому темному безумно нравилось происходящее.
– Я знаю, – сказала тихо.
– Чувствуешь? – ухмыльнулся он, выразительно глянув вниз.
В горле пересохло от одного только намека.
Да, черт возьми, я чувствовала снова, как он возбужден, но теперь это меня не пугало. Почему-то наоборот, внутри сладко дрожало от понимания, что этот сильный могущественный мужчина сейчас сходит с ума просто потому, что хочет именно меня. Хорошо, что Дамир крепко прижимал меня к себе – голова шла кругом, а ноги ослабли настолько, что я едва стояла.
– Вижу, как ты смотришь. Как голодный зверь.
Ухмылка Дамира стала шире и он медленно огладил невесомыми прикосновениями мои ключицы, не разрывая зрительного контакта.
Как будто впитывал малейшие эмоции и следил, нравится ли мне. Как назло от ласкового невинного касания сердце забилось сильнее и я невольно задержала дыхание.
– Голодный зверь, – подтвердил он, – а ты моя добыча. Добыча, которая сама хочет, чтобы ее поймали.
– Это неправда, – ответила хриплым, чужим голосом.
– Так, – Дамир провел носом по шее, дразня горячим дыханием чувствительную кожу и не прикасаясь к ней губами.
