Все, чего мне хотелось – увидеть, как Дамир идет на поправку, узнать с ним пол нашего малыша и увидеть, как он будет укачивать его на руках. Встать с ним спина к спине и никогда больше не отпускать. Ничего особенного, обычная женская мечта – любимый мужчина и дети, тихое семейное счастье. А теперь я должна выбирать. И это самый ужасный, самый нечестный выбор – между мужчиной всей жизни и ребенком, которого носишь под сердцем.
Только один из них был совсем беззащитным, и без меня ему было не выжить.
– Георг отвезет тебя в аэропорт, – прервал мои мысли Рустем, – Не бери много вещей, чтобы не привлекать внимания, только самое нужное.
Приедешь и купишь потом все, что понадобится.
Я кивала, слушая Рустема в прострации. Сердце разрывалось от тоски.
– Марин, – он развернул меня к себе и заглянул в глаза, – Дамир может позаботиться о себе. Но такие люди, как мы с ним… нам опасно иметь семью. Вспомни, что произошло с его сестрой, матерью, братьями. Ты не видела этого ужаса, а я чуть ли не рос в семье Зверевых, я видел, как это было.
Смерть его ребенка… твоя смерть… это его добьет.
Сглотнула горький комок слез и кивнула.
– Ты сильная девочка. Иди сюда. Все будет хорошо, – успокаивал меня Рустем, пока я горько ревела, уткнувшись в его плечо, – береги себя и ребенка. Иначе мне точно конец.
Отстранившись, я слабо улыбнулась и снова кивнула. Поднялась и как во сне пошагала дальше по коридору больницы. Но через несколько шагов остановилась и обернулась:
– Ты… следи за ним, ладно? Иначе я за себя не ручаюсь.
– Будет сделано, Марина Зверева, – хмыкнул он, отсалютовав на прощание пальцами.
******
Рустем стоял в дверях палаты, привалившись плечом к косяку двери. Заметил, что Дамир медленно открыл глаза и хмыкнул:
– Я уже говорил тебе, что ты везучий сукин сын?
Зверь усмехнулся, но тут же поморщился: кровь на разбитой губе запеклась и теперь корка треснула.
– Я живучий, как таракан, – прохрипел он, – меня так просто не прихлопнешь.
Рустем покачал головой, отлепился от стены и, подойдя к постели, сел на стоящий рядом стул.
Зверь хохмил даже в такой аховой ситуации, с проломленными ребрами, отбитыми внутренностями и продырявленной башкой. Значит, жить будет.
– Уехала? – мгновенно посерьезнев, спросил Зверь.
Они обменялись долгими взглядами и Рустем наконец честно ответил:
– Да. Водитель отвез ее в аэропорт.
Дамир кивнул и закрыл глаза.
– Уверен, что хочешь ее отпустить?
Он солгал. Дамир прекрасно помнил Марину, все с его памятью и сознанием было в порядке.
