Демоны и вампиры, позвольте представить вас моей леди Шей — последней из рода Шалотт в нашем мире.
Театральный взмах руки, и занавес исчез в клубах дыма, открывая Шей взглядам двух десятков людей и демонов.
Она опустила глаза. По залу прокатилась волна изумленных возгласов и вздохов. И без того было унизительно чувствовать на себе их взгляды, исполненные злобы и ненасытного голода. Еще и смотреть на эти рожи!
— Это какой-то фокус? — угрюмо поинтересовался кто-то в зале, явно не доверяя словам Эвора. Неудивительно — насколько знала сама Шей, она действительно была последней из рода Шалотт в этом мире.
— Никаких фокусов, истинная правда!
— Так я тебе и поверил, тролль. Мне нужны доказательства.
— Доказательства? Извольте. — Эвор замолчал, обшаривая взглядом толпу. — Эй, там, подите-ка сюда!
Шей сжалась, почувствовав, как ее окатила волна ледяного холода, предупреждавшего о приближении вампира. Для живых мертвецов ее кровь была ценнее золота, афродизиаком, ради которого вампир пойдет и на убийство.
Она так пристально следила за приближением высокой тощей фигуры, что пропустила момент, когда Эвор полоснул ее руку ножом.
Вампир с тихим шипением нагнулся и слизнул набухшую каплю крови. Все его тело содрогнулось. Подняв голову, он уставился на Шей с выражением смертельного голода.
— Тут есть примесь человеческой крови, но она действительно Шалотт, — прохрипел он.
Тучный Эвор быстро встал между Шей и вампиром. Махнув рукой, он отогнал хищника прочь. Живой мертвец неохотно покинул помост. Несомненно, его снедало страшное желание вонзить в нее зубы и выпить всю кровь, до последней капли.
Эвор встал за своей конторкой. Схватил молоток и взмахнул им над головой. Нелепый урод.
— Все убедились? Отлично. — Эвор хлопнул молотком по конторке. — Начальная цена лота — пятьдесят тысяч долларов. Не забудьте, джентльмены, мы принимаем только наличные.
— Пятьдесят пять тысяч.
— Шестьдесят.
— Шестьдесят одна тысяча.
Шей снова поникла головой, вслушиваясь в крики торгующихся.
— Сто тысяч долларов! — раздался пронзительный крик из задних рядов.
Хитрая улыбка заиграла на тонких губах Эвора.
— Очень щедрое предложение, дорогой сэр. Кто-нибудь еще? Нет? Продано раз… Продано два…
— Пятьсот тысяч долларов.
В зале повисло напряженное молчание. Не сознавая, что делает, Шей подняла голову. Было что-то в этом бархатном сумрачном голосе… что-то… знакомое.
— Выйдите сюда, — потребовал Эвор, и в его глазах заполыхали красные огни. — Выйдите сюда и назовите свое имя.
