Проклятие! Если обернуть вокруг нее американский флаг, то получится отличный образ для портрета мятежницы.
– И долго ты собираешься прятаться за юбками бабушки? – саркастически поинтересовался он. – Ты не осмеливаешься высунуть нос наружу, а Вероника, как я слышал, собирается отплыть домой на первом же корабле.
– Возможно, она пробудет здесь дольше, чем тебе кажется, – запальчиво ответила Сирена. – Бабушка не оставит меня, пока я в ней нуждаюсь.
– Для тебя здесь нет будущего, Сирена. Ты не можешь свободно приходить и уходить, когда пожелаешь.
Если ты останешься в поместье, прячась днем, то засохнешь на корню и пропадешь. Боюсь также, что слишком долгое общение с Вероникой не пойдет тебе на пользу, разве еще больше отточит твой язычок.
Сирена посмотрела на него в упор."
"– Я должна остаться, чтобы сохранить поместье. Ходят слухи, будто патриоты остро нуждаются в деньгах и не чураются того, чтобы продать собственность лоялистов, которые погибли в боях или эмигрировали в Канаду.
– Это так, но, уверяю тебя, имение твоего отца не тронут, особенно теперь, когда оно принадлежит мне.
Трейгер вглядывался в прелестное лицо, на котором застыло выражение, часто являвшееся ему во сне: неотразимое сочетание наивного доверия и женской подозрительности.
– Я хочу, чтобы ты поехала со мной. Нужно еще многое сделать, а время поджимает. Вашингтон предполагает расположиться на зимние квартиры в Велли-Фордж, так что на данный момент моя миссия здесь закончена. А генерал Хау собирается обосноваться в Нью-Йорке, купаясь в роскоши, будто война – это развлечение.
Что очень глупо с его стороны. Он мог запросто припереть Вашингтона к стене, если бы последовал за нами в Пиксвилл, но Хау медлит и тем самым позволяет армии патриотов, которая хромает на обе ноги, перегруппироваться и подготовиться.
Его слова вызвали смятение в душе Сирены. Она испытывала искушение отправиться с ним, засыпать в его объятиях холодными зимними ночами, следуя совету Анны, дорожить каждой минутой счастья.
Но Сирена хотела большего, чем страсть и наслаждение, большего, чем уютное гнездышко. Ей нужно было все или ничего, и у нее хватало гордости, чтобы предпочесть ничего, если уж нельзя получить все.
– Собери вещи в дорогу. – Трейгер схватил ее за руку и потащил к лестнице. – Вашингтон ждет моего донесения к концу недели, а путь предстоит неблизкий.
Сирена машинально следовала за мужем, разрываясь между желанием бежать с ним и решимостью остаться.
