Что если Россы отреагируют так же? Что если он вскоре сам поймет, что наигрался? Куда тогда я отправлюсь? В магазин подержанных кукол? А может, на задний двор к отцу Джейка?
Молча выхожу из машины и смотрю на людей. Они бегут в разные стороны, торопятся и не очень. Как бы мне хотелось стать частью этой толпы. Войти в нее и потеряться навсегда. Делаю пару крошечных шагов вперед, ведомая больным желанием, исчезнуть в потоке. Неприятный громкий звук заставляет остановиться и оглянуться. Большая черная машина резко тормозит рядом с автомобилем Холли, из-за двери появляется мужчина, который кажется смутно знакомым.
— Вот мы и встретились вновь, — улыбается он, глядя на меня. — Здравствуй, красавица. Ты здесь одна?
Холли и встает передо мной и грубо отвечает:
— Она не одна, Ричард.
— Привет, Холли… Где твой брат? Проматывает папочкины деньги в очередном борделе?
— А тебе все еще интересны чужие жизни больше, чем своя собственная?
— И в кого ты такая стерва? Твоя мать настоящий ангел. Вы ведь так похожи.
— А в кого ты такой мерзкий и доставучий? Твой отец прекрасная ручная собачка.
Апорт, Ричард! Хватай палочку, — Холли показывает средний палец, — и беги отсюда.
— Я могу оторвать тебе этот палец.
— Попытайся.
— Ну и компания же тебе досталась, — говорит Ричард, обращаясь ко мне. — Когда устанешь от этих мелких злых клоунов, я к твоим услугам. В любое время.
Во взгляде Ричарда читается любопытство и обещание. Но что именно он обещает, я не могу понять.
— Ричард Кент, красавица. Найди меня, если понадоблюсь.
— Катись отсюда! — вскрикивает Холли и хватает меня за руку, утягивая к стеклянным дверям.
Оборачиваюсь. Ричард не сводит с меня глаз и произносит одними губами: «Я могу помочь», и указывает пальцем на многоэтажный высокий дом в глубине города.
Невольно вспоминаю время, проведенное в комнате Меган перед смотрами, и закрываюсь в себе, превращаясь в пустую оболочку. Вокруг летают женские голоса, звучит мелодичный смех Холли, которая с энтузиазмом раздает указания мастерам. Они не похожи на приспешниц Меган, не дергают за волосы и не кричат, но от этого не легче.
Меня снова приводят в порядок для чужой оценки. Снова готовят на продажу.
Через несколько часов непонятных манипуляций с волосами, мою голову обматывают темным полотном и провожают к Холли. Она сидит на сиреневом диване, перед ней на столе две чашки чая и корзинка с конфетами. Сажусь рядом, складывая руки на колени.
— Ви, ты в порядке? — спрашивает Холли и растерянно поджимает губы.
