Он подступает все ближе и произносит с злобной усмешкой:
— Решила поиграть в покорную куколку? Давай проверим, как долго ты выдержишь?
Фред наклоняется и протягивает руку, чтобы коснуться моего колена. Каждая мышца на моем лице расслаблена. Я кукла. Без чувств, эмоций и души."
"— Ты ведь знаешь, что мне нужно, — говорит он и ведет ладонью по внутренней стороне бедра. — И как же бесит, что Дэниел первый получил то, что принадлежит мне. Ну, ничего… Ничего, моя девочка. Ты все отработаешь.
Он хватает меня за бедра и дергает на себя.
Ударяюсь затылком о стену и скатываюсь вниз. На секунду теряюсь, но быстро ловлю концентрацию. Боли нет. Ставлю на нее запрет, отключая восприимчивость к внешним воздействиям. Чудовище нависает надо мной, глядя в глаза и ожидая взрыва, который доведет его до экстаза, но я остаюсь холодной. Смотрю на него и вижу то, что мне нужно. Злость. Он бесится, как ребенок, чья новая игрушка не хочет работать и радовать его.
— Ты меня изводишь? — хмурится Фред. — У тебя все равно ничего не получится.
Тебе не выбраться. Ты моя! Только моя! И мы будем развлекаться, пока мне не надоест. Ну, или пока ты не сдохнешь. Даже не знаю, что может случиться раньше. Но у меня есть для тебя подарок. Я очень щедрый человек, Ви-восемь. Если ты все-таки наскучишь мне раньше, чем мои игры убьют тебя, то, так уж и быть, верну тебя драгоценному Дэниелу.
Агония ярости рождается в глубине души и неотвратимым потоком несется наружу. Я знаю, куда вложить эту силу. И я готова. Фред видит на моем лице то, чего так страстно желает.
Шершавые ладони забираются мне под кофту, язык пробегает по тонкой сухой нижней губе. Фред жадно лапает мое тело, теряя себя на несколько секунд, и их достаточно, чтобы незаметно нырнуть рукой под подушку. Сжимаю в кулаке пластмассовую трубку и…
Один…
Два…
Три…
Два точных удара, в правый и левый глаз. Резкий толчок в рыхлый живот ногами. Фишер падает на пол, прижимая руки к лицу и вопит, как раненый зверь. Воет и сыплет ругательствами, катаясь по полу.
Роли поменялись. Мой черед.
— Я убью тебя! Слышишь? Я убью тебя! — ревет Фред, изнывая от боли.
Медленно поднимаюсь на ноги, прихватив веревку и спрашиваю голосом, похожим на раскат грома:
— Сколько их было?
Фишер пытается подняться и кричит:
— Убью!
Пара ударов ногой и он снова лежит на спине, а я, точно голодный хищник, кружу над слабеющей добычей. Во мне мерцают молнии. Злость, жажда мести и ледяной контроль. Жалости нет места. Не для такого, как он.
