Что это за виды, Гуров знать не мог, но учитывать их следовало. Очень возможно, что существует человек, желающий навредить Булавину. Это могли быть месть, зависть, что-то еще... У ярких людей всегда масса врагов. Хуже всего, что никакой информацией на этот счет Гуров не располагал и располагать не мог.
«Ладно, как только Булавин почувствует себя лучше, попробую с ним серьезно поговорить, – подумал Гуров. – Пусть напишет заявление в милицию. Там быстро определят, откуда взялся на кладбище этот монолит. И пусть хорошенько присмотрится к своему окружению.
А нам с Марией, пожалуй, пора домой. Хорошенького, как говорится, понемножку!»
Он посмотрел на своего спутника. Щеглов шел необычно сосредоточенный, серьезный. До самого «замка» он не проронил ни слова.
ГЛАВА 6
С самого начала добрые намерения Гурова пошли прахом. Вернувшись в «замок», он первым делом разыскал Марию. Та сидела на резной скамеечке в саду и смотрела на багровое, темнеющее в зените небо. Выглядела она усталой и расстроенной и даже на появление мужа отреагировала вяло.
– Это ты? Где ты пропадал? – спросила она. – Я думала, ты в комнате, но не нашла тебя там. Где ты был?
– Так, интересовался кое-чем, – ответил Гуров. – Как Булавин? «Скорую» вызывали?
– Он наотрез отказался от «скорой». Мы с Ириной едва заставили его принять лекарство. Дело ведь еще в том, что он выпил. Ирина говорит, слишком много для него. Иногда он перебирает, но потом сильно болеет. А тут еще эта сцена на кладбище... Кстати, что там случилось? Эраст молчит, как рыба.
– Скажем так, кое-что его расстроило, – сказал Гуров и глянул по сторонам. – Я все тебе объясню, но лучше сделать это с глазу на глаз. А пока я хотел бы поговорить с Булавиным, если ему стало лучше.
– Это невозможно, – покачала головой Мария. – Он только что заснул. Не будить же больного человека.
– Да, будить ни к чему, – согласился Гуров. – Жаль. Разговор важный. А что делают остальные?
Мария неопределенно мотнула головой.
– Ирина присматривает за мужем. Волин развлекает Ирину. Водянкин заперся у себя в комнате и роется в каких-то бумагах.
Владик обрадовался, что про него все забыли, и по-моему, надирается сейчас в зале для гостей. Щеглова я не видела. Прислуга тебя интересует?
– Меня сейчас все интересует, – сказал Гуров. – Здесь происходит что-то непонятное. Мне обязательно нужно переговорить с кем-нибудь. С Булавиным, с Водянкиным, на худой конец...
– Может быть, для начала поделишься со мной? – спросила Мария. – Как-никак я родственница.
