В любом случае, во время разбирательств она неприкосновенна, и никакие из пыток к ней применяться не будут. Принц не одобряет всех этих дикостей, тем более по отношению к женщине. Всерьез разбирать дело о колдовстве – это так по-редландски, — процедил каэр.
— Вы тоже редландский каэр и в вашей власти изменить положение дел, сделать наше герцогство развитым, — поддакнула я.
Бринмор отвел свой задумчивый взгляд; мужчина сидел так прямо и так гордо держался, что мне даже стало совестно за свою неидеальную осанку.
Кстати, вот и разница с Фэйднессом – тот двигается плавно, словно перетекает с места на место, в нем есть текучая грация, эмпатия, и, садясь, он разваливается. А Бринмор – холодный и будто статичный; статуя изо льда, незаметно меняющая свое положение в разных декорациях.
— Вам будет позволено поговорить с подругой два часа, и я надеюсь, вы используете это время с пользой, — сказал Бринмор. — Раз вы привлекли меня, до правды я все равно докопаюсь, не сомневайтесь.
Но лучше, если ваша подруга сама все расскажет. Хотя бы о том, кто она.
— Разве вы еще не расспросили ее сами?
— Лучше это сделаете вы."
"Он прав – так действительно намного лучше. В темноте я не могла отследить, куда мы приехали, но точно не в тот храм, где я бывала; Бринмор велел мне снова накинуть капюшон и провел куда-то в подвалы. Мы спустились по разбитым скользким ступеням – каэр держал меня за руку – и оказались в тюрьме. Нет, все же в темнице, вед это невеселое заведение явно было построены давным-давно: низкие потолки, чадящие факелы, череда камер по одну сторону… Снаружи весна, а тут холодно и сыро.
— Здесь можно околеть, — сказала я зло.
— В подвалах храма еще холоднее.
Я заставила себя больше не возмущаться: и так мне сделали большую поблажку. У последней из камер мы остановились, и нам отперли дверь.
— Два часа, — повторил каэр.
Я смело вошла в камеру, и за мной сразу закрыли дверь; заворочался зловеще ключ в замке, и послышались отдаляющиеся шаги.
Я прищурилась; зрение не сразу распознало в темноте фигуру.
— Иннис? — позвала я.
— Астрид?! — выдохнула неверяще подруга.
Судя по звукам, она что-то с себя сбросила, а потом слезла с койки. Полагаю, в этой темноте она видит лучше, чем я – притерпелась за эти дни, а я все еще слепо моргала. Меня обняли теплые руки, прижали к себе.
— Это ты, энхолэш! — прошептала Иннис.
— Я тебя вытащу отсюда, — опрометчиво пообещала я.
