— Эта ваша придумка, уловки все эти… — протянул Таггарт. — Не проще ли нам по-настоящему присмотреться друг к другу? Я же вам чистую правду сказал: я хочу свой дом, семью, и намерения у меня чистые.
— Настолько сильно хотите, что согласны взять в жены такую, как я?
— А что вы? Вы красивая, добрая, нежная. Ну, достался вам козел… мужчина непорядочный то бишь, и что с того? Я же в жизни ни одну женщину не обидел и не обижу, тем более свою жену.
Я усмехнулась:"
"— Надо же. Сначала рассказали мне, какая я неумеха-белоручка, а теперь нежной красавицей называете.
Откуда мне знать, что вы не хотите обмануть меня, чтобы завладеть усадьбой?
— А мне откуда знать, что вы меня не подставите с этим правом охоты? А то пойду в лес, а меня браконьером назовут и повесят.
— Вот видите, мы рискуем оба. Но дела-то надо делать, правда? Я могу выбить для вас право охоты, дать вам хороший заработок, а вы мне – управлять усадьбой. Давайте дружить, рэнд Таггарт.
Он не ответил, стал смотреть на огонь в камине.
Я не торопила его – пусть обдумает.
— Не хочу врать, — признался он и посмотрел на меня. — Давайте по-честному. Я буду вам помогать и дальше, следить за порядком, слуг в узде держать. Оберегать вас стану, подарки вам делать буду, в гости приходить... сидеть вот так же с вами у огня, или гулять. А вы уж решите к концу этого лета, верите мне или нет, пойдете замуж или нет. Не понравлюсь – что ж, ладно. Ничем вы мне обязанной не будете, ведь дело жениха – понравиться.
Настала моя очередь задуматься, и я тоже посмотрела на огонь. С одной стороны, не хочется мне замуж пока что, и приближать к себе незнакомого человека тоже. С другой стороны, Таггарт вроде бы толковый, и пока он будет считаться моим женихом, я в каком-то плане буду защищена, да и баронесса не станет мне никого подыскивать.
Да – кто знает? – может, и в самом деле к Таггарту присмотреться? Все равно меня в покое не оставят с этим вопросом, а времени до конца лета не так уж мало.
— Согласна, — вымолвила я задумчиво. — Пригляжусь к вам по-настоящему. Но право охоты я все равно выбью. Часть добытой пушнины будет принадлежать вам, часть – мне. Заодно обеспечим себя и работников усадьбы мясом.
Таггарт поднялся со стула и уточнил:
— Значит, жених и невеста?
Я тоже поднялась, повернулась к «жениху» и кивнула:
— Да. И раз уж так, я Астрид. Просто Астрид.
— Кэлвин. А лучше Кэл.
