"
"– Скажи, Рэнди, чем дети отличаются от взрослых?
Я удивлённо похлопала глазами, но Ричард смотрел на меня совершенно серьёзно, он действительно ждал моего ответа.
– Ну… Дети маленькие, а взрослые – большие.
– Так. Что ещё?
– Взрослые – сильные, а дети – слабые.
– Правильно.
– Взрослые могут сами о себе позаботиться, а дети – нет.
– Очень хорошо. А скажи, в каком возрасте человеческие дети уже считаются взрослыми?
– Официально – в восемнадцать. Но некоторым приходится повзрослеть раньше, а кого-то нянчат и после свадьбы.
Так что сложно назвать один возраст для всех.
– Остановимся на восемнадцати.
– Мне двадцать четыре! – тут же воскликнула я.
– Я знаю, – улыбнулся Ричард. – Но ты выглядишь лет на семнадцать. Человеческих. И даже люди вряд ли воспринимают тебя как взрослую, если судят только по внешности. Но я хочу сказать о другом. Тебе известно, что раньше дети переставали считаться детьми гораздо раньше? Знаешь, почему?
– Почему?
– Потому что они становились равными взрослым в том, что тогда считалось важным.
– Например?
– Например, если тринадцатилетний мальчик может охотиться наравне со взрослыми, то в сообществе, где главное мужское занятие – охота, он будет считаться взрослым. Для охоты больше важна ловкость, навык, тут грубая физическая сила лишь на втором месте. Но в обществе земледельцев, где для той же пахоты нужно иметь хорошую физическую форму, взрослыми мальчики считались уже будучи несколько постарше – лет в пятнадцать-шестнадцать.
– А девочки?
– А девочки довольно долго считались взрослыми с того момента, как уже могли рожать детей. Ведь это считалось главной женской обязанностью.
– Кошмар! Бедные девочки!
– Времена тогда были другие, – пожал плечами Ричард. – Но я надеюсь, ты поняла, к чему я это всё рассказываю?
Я помотала головой. Какое отношение рассказ о рано повзрослевших древних детях имел к вспышке ярости Гейба?
– Ну, хорошо, – вздохнул Ричард.
– Мы уже выяснили, что в разных культурах и сообществах дети считаются взрослыми в разном возрасте, но, как правило, тогда, когда они становятся равными взрослым, верно?
– Верно, – кивнула я, всё ещё ничего не понимая.
– И если для кого-то тринадцатилетние взрослые – это нормально, то для других это просто дико. Всё дело в стереотипе. Кто и к чему привык. Понимаешь?
– Да.
