Но он не остановился возле кучки заинтересованных мужчин, он потащил меня дальше, в лес. И когда мы были уже на достаточно большом расстоянии от «тюрьмы», и люди не смогли бы нас услышать, Гейб не особо аккуратно поставил меня на землю, схватил за плечи, затряс и заорал:
– Никогда! Слышишь, никогда больше не смей так делать!
Я была в шоке. Мой милый, славный, ласковый и заботливый Гейб куда-то исчез. Я не знала того, кто стоял передо мной и кричал на меня так, будто я сделала что-то ужасное. Мой мужчина на меня орал! От обиды слёзы навернулись мне на глаза.
Из чувства гордости я изо всех сил старалась удержать их, не показать, насколько такое поведение Гейба меня задело. Но одна предательская слезинка всё же выкатилась на щёку.
Заметив это, Гейб осёкся, замолчав на полуслове. В этот момент Адам положил ему руку на плечо.
– Успокойся, отец, ты же её пугаешь.
Одновременно с этим меня обхватили другие руки. Кто-то обнял меня, огромная ладонь опустилась на мою голову, прижав к широкой груди.
Тут уж я не выдержала и дала волю слезам обиды и разочарования. Легко демонстрировать гордость, когда на тебя орут. Когда жалеют – это практически невозможно!
– Уведи его, – раздался над моей головой голос Ричарда.
– Миранда, – послышался растерянный голос Гейба. – Я не хотел…
– Иди, Гейб. Дай нам минутку.
Я услышала удаляющиеся шаги. Ещё немного повсхлипывав, я понемногу успокоилась. Потом подняла глаза на Ричарда.
– Почему он так?.. Я же… всё правильно… сделала.
.. А он…
Всхлипы пока ещё всё-таки прорывались. Я потёрла нос ладошкой. Рядом с нами возник Диллон, молча сунул мне в руку носовой платок, и так же беззвучно испарился. Вытерев слёзы и звучно высморкавшись, я вновь вопросительно взглянула на брата Гейба.
– Не обижайся на Гейба. В нём говорил испуг.
– Что? – не поняла я. Разве Гейб может хоть чего-то бояться?
– Он испугался за тебя. Когда ты вдруг исчезла в той будке… А если бы в тебя выстрелили?
– Они даже охнуть не успели.
Я же быстрая. Очень быстрая. А если бы и выстрелили… Я исцеляюсь очень быстро, даже быстрее вас! Почему же он так взбеленился?
Ричард огляделся, и кивнул на ствол поваленного дерева.
– Давай присядем. Думаю, нам нужно поговорить.
– Но… Нам же нужно «тюрьму» штурмовать. Разве у нас есть время?
– Десять минут погоды не сделают. А поговорить нам нужно. Ты должна кое-что понять.
Мы присели на бревно, и Ричард задал мне совершенно неожиданный вопрос.
