Не успела я додумать эту мысль, как Гейб вышел из ванной и направился к кровати. Мой взгляд невольно забегал по его мускулистой груди, по мощным рукам и кубикам пресса – что не было для меня чем-то новым, учитывая его наряд в нашу первую встречу, а потом спустился ниже – и вот там меня уже ждало нечто новенькое. Поняв, куда уставилась, я быстро отвела глаза, но было поздно – Гейб снова расхохотался.
– Клянусь, в этот раз у тебя покраснели даже пятки! Кончай смущаться, Миранда, это всё нормально и естественно, ты любуешься моим телом, а я – твоим.
И тут я осознала, что лежу на кровати, без единой нитки на теле, и даже не замечаю этого, настолько комфортно и расслабленно я себя чувствую. Понимая, что прятаться или пытаться прикрыться теперь будет уже просто глупо, я собрала волю в кулак, закопала смущение поглубже и осталась лежать не двигаясь. Хотя снова пялиться на Гейба уже не решилась.
А он в это время уселся на кровать где-то в районе моих коленок. Видя его лишь боковым зрением, я недоумевала – почему туда? В это время Гейб деловито раздвинул мне ноги и стал тщательно вытирать между ними влажным полотенцем.
Ахнув, я машинально попыталась сдвинуть ноги, но он мне не позволил.
– Спокойно, девочка моя. Я тут немного напачкал, мне и прибираться. И потом, я всё это уже видел.
– Когда?!
– Как раз перед тем, как получил по макушке. Хватило и одного взгляда, чтобы по достоинству оценить всю эту красоту. Так что лежи спокойно и позволь мне о тебе позаботиться.
И я покорно лежала, позволяя Гейбу тщательно – на мой взгляд даже слишком тщательно, – вытирать меня сначала влажным, а потом сухим полотенцем.
Тем более, если быть совсем уж честной, если отбросить смущение, то я просто наслаждалась и самими прикосновениями, и тем, как Гейб обо мне заботится. Это было невероятно приятно.
Закончив, Гейб зашвырнул полотенца куда-то в угол, с довольным видом осмотрел дело рук своих и удовлетворённо пробормотал:
– Вот теперь всё чистенько, – после чего внезапно наклонился и легонько поцеловал меня прямо ТУДА.
Я взвизгнула и дрыгнула ногой, а Гейб, довольно посмеиваясь, спрыгнул с кровати, одним быстрым движением выдернул из-под меня покрывало, вытянул откуда-то из комода лёгкую простынку, набросил на меня, а потом нырнул в постель и крепко прижал меня к себе. Я тут же оплелась вокруг него, как плющ – простыня, накрывающая нас, помогла мне побороть стыдливость, а прижиматься к Гейбу было невероятно приятно.
