Я не хотел, чтобы этот Володя каким-то образом узнал про клад. Варвара-то в курсе была, хотя никакого внимания на рассказ моего прадеда не обратила. Но вдруг тоже своим детям-внукам рассказала? Начни Невский разбираться, все могло всплыть.
– И вы его убили.
– Да. Подстерег и сбил машиной в укромном месте, когда он с работы возвращался. Потом наведался к его жене под видом похоронного агента. Убедился, что она ничего не знает. На некоторое время я прекратил поиски, чтобы не привлекать внимания. Выждал год с небольшим и снова стал копать.
Переехал в Москву, выяснил, что Лиза вышла замуж за художника Никанорова, нашел дом, где они жили, собрал информацию о нынешних владельцах. Я понял, что клад точно в доме. И я стал думать, как туда попасть.
– Это вы пугали Хохловых, чтобы заставить их съехать из дома с привидениями. Вам нужно было, чтобы помещение опустело и вы могли его обыскать.
– Да. Но эти чудаки быстренько его продали. Мне это оказалось даже на руку, я тут же нанялся к новым владельцам в качестве прораба.
Сбылась моя мечта. Пустой дом был полностью в моем распоряжении. Я обыскивал его ночами. Планомерно, методично, но так ничего и не нашел. Я все полы вскрыл, чердачные перекрытия разобрал, сад весь обошел с металлоискателем – и ничего.
Слушающий этот рассказ Дорошин невольно рассмеялся. В своих поисках они, сами того не ведая, полностью повторили путь преступника. Только наблюдательности у них оказалось больше. Точнее, у него. Полковника в отставке Дорошина.
К тому моменту, как ремонт подошел к концу, Галкин совсем пал духом.
Он был убежден, что никакого клада в доме нет, а его поиски зашли в тупик. Михаил снова и снова возвращался в дом, пытаясь вырвать хранимую им тайну. Его визиты не остались незамеченными новым хозяином, продолжать поиски становилось опасным. Галкин был готов признать поражение и крушение своих планов, но тут Эдуард Киреев решил отметить свой пятидесятилетний юбилей.
Помогая своему сыну с музыкальным оборудованием, Михаил случайно услышал разговор Киреева с какой-то разодетой фифой.
Речь шла об антикварном сервизе, который фифа намеревалась приобрести. Сердце Галкина остановилось и тут же забилось снова. Он был уверен, что речь идет о сервизе из наследства Токменевых, а значит, клад существовал, и единственной преградой между ним и алчущим прорабом становился Эдуард Киреев."
"Убийство последнего ни на шаг не приблизило Галкина к разгадке. Вдобавок появилась новая напасть.
