– И что нам даст это знание? – не согласилась Татьяна. – Ребенок Полетаева появился на свет в тридцатых годах двадцатого века. Кем бы он ни был, мальчиком или девочкой, на фотографиях, которые смотрела Нина, его точно нет.
Если бы в комнате раздался гром и сверкнула молния, это бы не произвело на Елену Золотареву такого впечатления, как слова хозяйки дома. Она застыла, лихорадочно собирая в кучку разбежавшиеся в разные стороны мысли.
Стена в отеле Рыбинска, с которой сняли портрет Петра Токменева перед тем, как вручить его Невским.
Москва, в которую жители Санкт-Петербурга переезжают только по очень уважительной причине. Сходство двух портретов, о котором Нина проболталась Кисловским. Неожиданный интерес Леонида и Екатерины ко всему, что происходит у Киреевых, и неоконченный ремонт в их собственном доме. Бархатный халат Эдика. Его разговор с Асей Гречиной. Тачка диджея Костика, который никак не мог быть похоронным агентом. Господи, как же все просто!
– Таня, ты гений! – торжественно произнесла Лена, подбежала и расцеловала Кирееву в обе щеки.
– Ты только что вычислила убийцу своего мужа. Надо звонить Дорошину. Пусть находит Бекетова и они оба едут сюда.
Татьяна смотрела на нее с болью и непониманием.
– Я не понимаю, – сказала она дрожащим голосом. – Как я его вычислила? Кого?
– Того, кого Нина искала на фотографиях. – В голосе Елены Золотаревой звучало ликование. – Но, видишь ли, вся штука не в том, чтобы узнать того, кто на них был, а в том, кого на них не было.
* * *Дорошин, когда Лена ему позвонила, уже подъезжал к дому на Соколе, так что появился спустя минут пятнадцать, не больше.
К огорчению жены, Бекетова с ним не оказалось.
– Он в больницу поехал, – объяснил отсутствие следователя Дорошин, – там Вадим в себя пришел. Так что скоро мы узнаем если не все, то хотя бы – кто на него напал.
– А мы и так знаем, – сообщила Лена радостно. – И кто напал, и почему. И как вообще все произошло.
– Вот как? – Виктор радостно смотрел на жену, потому что даже спустя семь лет нравилась она ему необычайно.
Очень умная женщина – его жена. А еще красивая. – Ну, давай, рассказывай.
– Понимаешь, Витя, – пустилась в рассуждения Елена Золотарева, – мы исходили из того, что на юбилее Эдика кто-то из гостей услышал его разговор с Асей Гречиной и решил, что Эдик узнал о существовании антикварных сервизов и в ближайшее время вскроет найденный тайник. Поэтому он его убил.
– Не только гостей, – поправил жену Дорошин. – Еще там были официанты.
