Только у последнего дома стоял седобородый, но ещё крепкий, а значит, не слишком старый человек и приветствовал их поднятой рукой. Берсанака не знал этого человека, но в ответ приложил руку к груди, поблагодарив за приветствие. При этом даже непонятно было, кого человек приветствует. Он наверняка слышал активную стрельбу и понял, что стреляют издалека. Следовательно, перед ним были люди, в которых, скорее всего, и стреляли. Сейчас любая из воюющих сторон носит камуфлированную одежду, и отличить второпях федерала от его противника невозможно.
Но человек приветствовал их, понимая, что они гонимые. И, скорее всего, сочувствовал им.
Но на задержку времени не было. Берсанака с полковником Доусоном пересекли короткий каменный мост, стоящий здесь уже не менее пары веков, и сразу свернули в лес, покрывающий склон холма. Южный склон, который уже лишён снега и где можно пройти, почти не оставив следов. Этот путь вёл в сторону от дороги, ведущей в районный центр, куда хотел бы попасть Док.
Но прямой путь далеко не всегда быстрее приводит к цели, как считал Гайрбеков. И потому он путь выбирал особо. Нельзя было не только оставлять следы. Нельзя было показывать, куда они направляются…"
"Спецназ ГРУ наверняка уже спустился с холма против дома Берсанаки и вышел на улицу села. Но улица длинная. Трактор минут пять мчался по ней на предельной для себя скорости. И спецназовцам ещё предстоит эту улицу преодолеть. Только после этого они смогут выйти на дистанцию, с которой возможно просматривать пространство перед собой, в том числе и склоны ближайших холмов, через тепловизор.
Берсанака прекрасно помнил, что снайперская винтовка у спецназовцев оснащена тепловизором, потому что без тепловизора невозможно было бы найти ночью Гойтемира, найти и подстрелить. Но пока спецназ выйдет к месту возможного обзора, они с Доком Доусоном будут уже далеко и за склон холма перевалят, то есть из зоны просмотра пропадут, и так спасутся, как спасались раньше…
Глава пятая
1
Капитан Матроскин от природы, как большинство рыжих людей, был человеком нетерпеливым и темпераментным.
И ему стоило большого труда научить сдерживать порывы своей натуры. Но – научился… И тем не менее труднее всего в службе ему давались не сложные переходы или тяжёлые бои – там он чувствовал себя нормально, потому что там необходимо было действовать и его энергия находила себе взрывной выход.
