Пытаясь разобраться в его устройстве, Бабкин с усмешкой поймал себя на мысли о том, что воспринимает металлоискатель как пострадавшего приятеля, помогавшего ему выполнять нудную работу. В успех реанимации устройства ему верилось слабо, но Сергей в любой ситуации считал нужным сделать все, зависящее от него.
Однако некоторое время спустя состояние пациента уже не казалось ему таким безнадежным, как при первом взгляде. Правда, с дисплеем пришлось проститься, но провода Сергей аккуратно соединил снова и обмотал изолентой, которую достал из тайника, мысленно от всего сердца поблагодарив неизвестного ему рыбака за предусмотрительность.
Ему повезло, что человек, ломавший прибор, торопился. Если бы он потратил чуть больше времени и чуть тщательнее подошел к своей задаче, Сергей никогда не смог бы исправить последствия его вандализма. Но у нападавшего не было времени, и поэтому полтора часа спустя после гибели шалаша Бабкин получил худо-бедно работающий металлоискатель.
Он выпрямился, потянулся, прижал к уху один уцелевший наушник и, водя катушкой, пошел к тому месту, где прекратил поиск.
Через три часа безрезультатного прочесывания леса Сергей вышел на край ямы, в которую свалился двумя днями раньше. Он вспомнил, как, выбравшись, подумал о том, что тело могло быть спрятано именно здесь. Съехав по отвесному заросшему склону, Бабкин включил металлоискатель — и тот почти сразу отозвался новым звуком. Писк в наушнике был таким отчетливым и резким, что Сергей вздрогнул.
— Ну-ка, ну-ка… — пробормотал он, не веря в удачу.
Еще раз поводив катушкой над землей и услышав тот же звук, Бабкин отложил прибор и поднялся за лопатой. Ему пришлось выкорчевать кусты малины, прежде чем показалось дно ямы, и Сергей дважды брался за металлоискатель, чтобы проверить: не в вырванных ли им кустах завалялось то, на что наушники реагировали тревожным и требовательным сигналом.
Но умный прибор уверял, что интересующее Бабкина находится в земле, прямо под ним.
— Черт с тобой, попробуем, — проворчал Сергей вслух, ударяя лопатой в мягкую податливую почву.
Десять минут спустя он отбросил лопату и отступил на несколько шагов назад. Больше ему здесь делать было нечего — наступила очередь криминалистов.
Из светло-желтой рыхлой земли, беспорядочно простроченной торчащими в разные стороны корешками, виднелась истлевшая рука, прикрывавшая то, на что и среагировал металлоискатель, — широкую пряжку пояса. Круглую, рельефную, больше подходящую для женского ремня, чем для мужского.
