Над ним наклонились, и, различив сквозь щелочки опухших век очертания человеческой фигуры, Роман прохрипел:
— Помоги…
Человек присел на корточки, и запыхавшийся голос сказал над самым его ухом, отчетливо выговаривая слова:
— Еще раз окажешься возле Алисы Кручининой, останешься без яиц. Понимать надо буквально, а не как фигуру речи. А Венесборг скажи, что следующая очередь — ее.
Человек встал и начал таять в фонарном свете, становясь отчего-то не желтым, а темным, непроницаемым, и вместе с ним таким же темным стало и сознание Романа.
Глава 8
За металлоискателем пришлось возвращаться в Москву, потому что первый, привезенный Бабкиным, вышел из строя через двадцать минут после начала работы, и Сергей, как ни бился, не смог разобраться, что с ним не так. Дорогу туда и обратно длиной шестьсот километров он осилил за один день, ругаясь и кляня на чем свет стоит производителей металлоискателей, и по приезде сразу же уснул, едва свалившись на узкую панцирную кровать.
Когда он проснулся, комнату заливал молочный свет, как будто за стеклом светилось привидение.
Заинтересовавшись таким эффектом, Сергей встал, отдернул дырявую кисейную занавеску и обнаружил за окном отвратительный мутный день: солнце с трудом просачивалось сквозь облачную вату, а просочившись, казалось, теряло золото где-то высоко над грязноватой пеленой, оставив для подоблачного мира только слабенький белый оттенок перестоявшей простокваши.
— М-да. Деревня Гадюкино.
Сергей отвернулся от безнадежного полынного пейзажа и только теперь заметил, что в комнате что-то изменилось.
Его спортивная сумка, которую он не брал с собой, стояла иначе: край торчал из-под кровати, а Бабкин, уезжая, задвинул ее до самой стены. Узкий фанерный исцарапанный шкаф, в который он повесил верхнюю одежду, был приоткрыт, и оттуда подслеповатым глазом таращилось зеркало. Вытащив сумку, Сергей быстро убедился, что кто-то рыскал в ней, прикрыл шкаф и задумался."
"Самым простым объяснением было бы любопытство хозяина, но Бабкина что-то смущало в этой версии, и он наконец понял, что именно.
Григорий сделал бы все аккуратнее — именно потому, что хозяин. Не так сложно было бы задвинуть сумку на место или прикрыть шкаф поплотнее… Но тот, кто обыскивал комнату, не озаботился этим: либо по лени и глупости, либо…
Либо он хотел, чтобы гость знал об обыске.
— Или просто не скрывался, — вполголоса проговорил Бабкин, укладывая вещи в привычном порядке.
