— И с какого ты… хм… Как ты догадалась об этом? — Райли тяжело вздыхает, произнося этот вопрос, задумываясь над каждым словом.
— Ну, я… — пытаюсь вспомнить, как поняла, что он гей, — я практически сразу догадалась. Ты сказал, что я не в твоём вкусе, а потом, что вид женского тела тебя не интересует еще в первый день. Не помню, чтобы ты хоть раз флиртовал с девушкой при мне, кроме того раза в караоке, но это ведь была вынужденная мера. И, конечно, когда я узнала о твоем парне Ники, то все сошлось. Он даже взял трубку один раз, когда я звонила.
Поэтому я и…
Райли качает головой, а его плечи легонько подрагивают. Он что смеётся? В чём дело?
— Не помню, чтобы хоть раз говорил слово парень.
Да я тоже сейчас не вспомню, ну и что с того? К чему он ведёт? Так он смущается этого или что?
— Рири, разве… — Райли поворачивается ко мне, и тут же прекращает говорить, заметив выражение моего лица.
Не верю своим глазам. Сердце начинает болеть. Такое ощущение, что меня бьют в живот, и не один кулак, а сразу десять.
Прикрываю руками рот, заглушая резкий вздох.
Его рёбра, грудь и лицо, все покрыто синяками, ссадинами и подкожными кровоподтеками. Некоторые раны уже начали желтеть и тускнеть. Это говорит о том, что поставлены они были в разное время, раз некоторые успели немного зажить.
— Что с тобой случилось? — непроизвольно делаю пару шагов к нему, но он вытягивает руку, останавливая меня.
— Я в порядке.
— Нет! Это не в порядке, Райли! — повышаю голос, понимая, что он снова пытается отмахнуться.
— Кто это сделал? Ты был в больнице?
— В этом нет необходимости, — произносит устало.
— Конечно, есть, — хочу начать спорить, но не успеваю.
— Нет! Хватит! Это не твоё дело, понятно? — бросает Райли громко, впиваясь строгим взглядом.
Отхожу назад, будто от толчка, хотя он даже не прикоснулся ко мне. Такое ощущение, что Райли выпустил шипы из себя, которые не подпустят к нему никого не ранив.
Не моё дело, да? Слезы затуманивают взгляд, и приходится перевести взгляд в пол, чтобы их сдержать.
Почему он так внимателен ко мне, а сам не позволяет проявить заботу о нем? Мы же не чужие друг другу.
Собираюсь открыть рот, чтобы сказать об этом, но он меня опережает.
— Не вздумай читать мне нотации о том, что нужно не забывать о себе и прочее дерьмо. Ты сама-то в это веришь? — говорит он, хмуря брови и кривя губы.
Кто этот человек? Я его не узнаю.
— Райли, я не собираюсь учить тебя жить, просто волнуюсь о тебе. Ты мог позвонить, и я бы тут же приехала.
